0 просмотренных постов скрыто
Самый страшный зверь3
Самый страшный зверь в поле – студент третьекурсник. Мало того, что он энергичен, как гиббон в экваториальном лесу, непредсказуем как стая уток на деревенской улице и при всём этом ещё и ленив, как мексиканец во время сиесты. А если в эту картину добавить ещё и непомерный апломб (да я эту электроразведку на учебной практике прошёл, да я её одной левой), то вы получите вполне законченный портрет маленькой катастрофы имя которой – студент на первой производственной практике.
…Летом 1997 года наперекосяк пошло практически всё, что только может пойти наперекосяк. Уже были набраны две геофизические бригады рабочих и студентов для работы в поле, выписаны лесобилеты, отремонтирована практически вся геофизическая аппаратура, которую в принципе ещё можно было отремонтировать (хапнув горя со сломанными приборами годом ранее, я, наверное, месяц просидел над ними, пытаясь хоть как-то оживить). В общем, к выезду в поле я был готов, как вдруг по «Геокарте» разнеслась страшная весть:
– Выезда в поле не будет! Москва денег на работу не выделила, так что занимаемся камеральными работами.
Самый большой ужас для любого полевого геолога и геофизика – остаться летом в конторе. Просто представьте, что лето в поле - самое прекрасное время года с ярким солнцем, длинными тёплыми днями… и вдруг придётся сидеть в душной конторе над старыми пикетажками (такие специальные записные книжки для геологов с миллиметровкой для зарисовок) и тяжело вздыхать, находя в них следы прошлых полевых сезонов: раздавленных комаров и жирные пятна от антикомариной мази.
Бригады пришлось расформировывать, а я, чтобы не просиживать штаны в камералке (а что там делать, если все прошлогодние материалы уже обработаны и по ним даже написан отчёт?) ушёл в отпуск и уехал с товарищем походом на хребет Кваркуш, где как раз и были запланированы геофизические работы в то лето. Ну если уж не с работой, то хоть просто так по нему прогуляться (про него у меня есть история на Пикабу: Голодный поход). Поход у меня выдался замечательный, хоть и голодный (поскольку с экономией мы тогда сильно перестарались), а по возвращению из отпуска я застал контору в страшном аврале. Как оказалось, пока мы с приятелем голодали на Вогульском Камне, директор с главным геологом всё же выбили финансирование на полевые работы, так что все дружно забегали-засобирались в поля. Если честно, то мне к тому моменту ехать в поле уже не хотелось, да и что там делать в сентябре геофизикам? Светлое время с каждым днём становится короче, погода совершенно непредсказуемая, с дождями и снегом, а самое главное – где взять рабочих? К моему счастью, студенты всё же в очередной раз пришли поинтересоваться по поводу практики, так что тут же были записаны в геофизрабочие, а когда к ним прибавился мой вечный рабочий Константин Константинович да привёл с собой ещё одного такого же как он сам работягу-бича – жить стало гораздо легче.
Правда, как оказалось, начальница моя в этот момент ушла в отпуск в связи с сессией (училась заочно на юридическом), так что срочно пришлось искать второго геофизика, которого я практически слёзно выпросил в соседней партии. Хотел я, правда, мужика, а отдали девчонку-геофизика, но оказалось, что это было даже к лучшему: работяги её просто обожали и работали так, как будто решили повторить подвиг Стаханова. В отличие от моих студентов.
Естественно, пришлось перекраивать весь план намеченных на сезон полевых работ, поскольку надеяться за сентябрь-октябрь отработать всё, что было намечено на всё лето – совершенно нереально.
***
Итак, в поле мы выехали в самом-самом конце августа. Я с рабочими добирался до Красновишерска на рейсовом междугородном автобусе, а из Красновишерска в Золотанку, где стояла наша полевая база, нас отвёз арендованный ПАЗик. Следом за нами практически таким же образом приехали геологи, а вот вещи, продукты и аппаратура не приехали. Машина в пути сломалась и на целую неделю застряла на Волынке у геологов Елизаветинской партии.
Ожидая машину мы обустраивались в Золотанке или гуляли по окрестностям, любуясь видами и покупая продукты у местных жителей да в маленьком магазинчике. Повариха, проявляя чудеса изобретательности, готовила из найденных, выпрошенных в долг и купленных продуктов супы.
река Улс во всей красе.
Мост через Улс. Сейчас там новый отгрохали, железный да красивый, а 1997 году он вот так выглядел.
хребет Кваркуш на горизонте.
Под базу нам выделили старый гараж, оставшийся в посёлке от стоявшей в нём когда-то колонии-поселения. Гараж был крепким кирпичным зданием с большой площадью, куда можно было и машину поставить, и склад разместить, а на втором этаже в бывшей гаражной конторе разместился весь «офицерский» состав партии вместе с рацией, камеральными столами и спальными местами. Рабочих поселили в здоровенном лодочном сарае, стоящем на берегу Улса, большой и красивой уральской реки.
Начальник партии Виктор Яковлевич (это его слайды я выкладывал в двух предыдущих постах) демонстрирует последний писк моды - полиэтиленовый плащ на фоне лодочного сарая. Он их тогда в поле целую пачку привёз.
Обустраивать пришлось практически всё: от нар для рабочих и геологов до кухни и бани, благо строительного материала в окрестностях было немеряно – пара полуразобранных бараков торчала на окраине Золотанки и начальство посёлка милостиво разрешило их разобрать.
Разбираем барак.
Но вот, наконец-то до Золотанки добралась машина и работа закипела. К этому времени мы с Леной (так звали девушку-геофизика), поделили между собой рабочих и профиля. Это, между прочим, не так уж и просто: между профилями должно быть не меньше 4 километров, иначе на аппаратуре пойдут наводки от соседней бригады. Студены упросились работать одной компанией и я взял троих к себе вместе с Константином Константиновичем, а ещё одного студента отдал во вторую бригаду. Как же я потом жалел о своём решении! Нужно было сразу разделять студентов по двум бригадам поровну, тогда не пришлось бы маяться с ними весь сезон.
Моя бригада. Слева от меня - Константин Константинович, мой бессменный рабочий в течение 6 лет, справа - студенты.
На самой первой точке студенты начали гнуть пальцы веером: «Фу, ВЭЗы, фу, какое старьё, да мы это левой пяткой! А почему АЭ-72, а не Эра – сейчас все на Эру переходят!»
АЭ-72 – геофизический прибор, что-то вроде большого мультиметра, созданный сумрачным армянским гением в 1972 году. К 1997 году прибор откровенно устарел и постепенно заменялся новым, который назывался ЭРА, т.е. электроразведочная аппаратура. Я бы тоже с радостью поменял свою АЭшку на новенькую Эру, да кто ж мне денег на это выделит, когда на поле-то денег не хватает?
Вот так он и выглядел - АЭ-72. Страшный напряжометр в алюминиевом корпусе.
Пальцы студенты гнули недолго, поскольку оказалось что не смотря на учебную практику, работать на ВЭЗах они не умеют. Так что пришлось их учить всему практически с нуля, а заодно и объяснять, для чего вообще нужны эти самые «давно устаревшие ВЭЗы».
ВЭЗ – вертикальное электрическое зондирование, один из самых старых электроразведочных методов. Принцип его очень простой: от центра, где сидит оператор с измерителем, в разные стороны расходятся рабочие, которые тащат провода и электроды. Через определённые расстояния они втыкают электроды в землю и оператор пускает в землю электрический заряд, который проходит через землю (а также через рабочего, который забыл убрать руки от электрода) и возвращается назад. Геофизик при помощи своей станции измеряет остаточное напряжение в земле и может вычислить удельное сопротивление горных пород в глубине земли. Метод простой, дешёвый хоть и не очень точный – сильно зависит от условий заземления, поэтому зимой, например, им практически не пользуются. Да-да, я знаю что можно забивать электроды кувалдой (довелось так поработать), но на точности и скорости это обычно сказывается самым катастрофичным образом.
Классическая ВЭЗовская двойка. Один сидит на катушке, ловит метки, а второй идёт с электродами по профилю. Каждые две точки меняются, весь день на ногах выдержать сложно. Здесь двое из разных пар.
В общем, как оказалось, студенты мои даже и с теорией-то были не особо знакомы, а уж как они путались в проводах и метках на первых точках! Промаявшись в самом начале, к концу дня мы всё же сумели наладить работу и даже отработать первый десяток пикетов. Ну а в следующие дни работа наладилась окончательно: теперь каждый знал, что от него требуется, сидящие на катушках ловили метки вовремя, но какие же они были медлительные! И вообще, вспоминая свой первый полевой сезон, я не уставал удивляться насколько изменились люди за каких-то 10 лет. Если мне в 1986 году интересно было буквально всё, то моих нынешних студентов интересовали, в основном, только деньги. В отличие от мужиков, желающих подзаработать, студенты ходили неспеша и даже вальяжно, явно не желая перетруждаться. А узнав, что на ВЭЗах они много не заработают (на самом деле заработать на них можно неплохо, особенно если шевелиться побыстрее), особо напрягаться не стали, решив отбыть подёнщину да получить заветные подписи в полевой журнал о практике. В общем, устал я их подгонять в тот сезон.
Неожиданно выяснилось что один из студентов – вегетарианец. В первые пару дней во время обеда на профиле он только пил чай, поскольку с собой мы таскали рыбу и тушёнку на перекус. Через пару дней он начал таскать с собой рисовую кашу, которую варил по вечерам, а ещё через недельку стал есть рыбные консервы, мотивируя это тем, что рыба, собственно и не мясо, а вполне вегетарианская пища. Есть у меня большое подозрение, что через пару месяцев тушёнка тоже стала бы вполне вегетарианским продуктом, жаль только что практика у студентов закончилась раньше.
Вегетарианец (в центре) смотрит на тебя, как на мясоеда.
Профили нам достались не самые лучшие. Первый профиль с полкилометра шёл по болоту неожиданно заканчивавшимся невысокой скалой, которую за время работы студенты покорили не один десяток раз: не самое весёлое занятие, хоть и укрепляющее мышцы и тонизирующее тело. Зато потом мы шли по длиннющему коридору, прорубленному в зарослях малинника. Малина к тому времени уже отошла, зато колючки никуда не девались, так что несколько дней подряд мы возвращались домой исцарапанными и вконец изодрали полученную одежду.
Малинник - очень противное место! Хоть и вкусное )))
Но самое сложное, что было в работе – студенческая непредсказуемость. Проспать – да на мах! Забыть взять с собой продуктовый рюкзак из лагеря, пойти погулять во время работы и заблудиться, унести продуктовый рюкзак на самый дальний разнос 500 метров и оставить его там, так что приходится за ним возвращаться и ещё тысяча и одно приключение в течение всего двух-трёх дней!
А в этой избушке мы даже ночевали пару дней, чтобы не терять время на подходы.
Второй из наших профилей заканчивался высоченной скалой, не отмеченной ни на одной карте: её и сейчас-то на космоснимках с трудом можно разглядеть. А на наших топокартах её вообще как бы не было. Просто представьте, что вы идёте по хорошему строевому лесу, проходите под нависшей над тропой лесиной и совершенно неожиданно оказываетесь на самом краю 50-метровой скалы! Про скалу мне рассказал Константин Константинович, который ходил рубить этот самый профиль. Если честно, то больше всего я боялся, как бы один из студентов не сверзился с неё – очень уж большими ротозеями они были. Так что во время обеда мы специально прогулялись с ними до конца профиля, чтобы полюбоваться видами, открывающимися со скалы, пофотографироваться и заодно прочитать лекцию по технике безопасности.
Фото на краю скалы. Если присмотреться, то можно увидеть, что сыпет мелкий снежок. Конец сентября, однако
Со скалы видна гора Пелины уши. Шибко сильный, говорят, был богатырь Пеля, да зазнался - решил небо к земле притянуть. Осерчал бог Ен, да так дал богатырю по голове, что в землю по самые уши вогнал. А ещё пеля - ухо по коми-пермяцки )))
Лекцией, а также высотой скалы прониклись все, так что после обеда я начал работу с чистым сердцем: все предупреждены, все всё знают. Одна точка, другая – мы всё ближе подходили к скале. На очередном пикете ушедший вперёд студент неожиданно остановился – перестала крутиться катушка. До метки он не дошёл, а значит что-то произошло. Судорожно я начал считать, сколько ему оставалось дойти до горы. По расчётам выходило, что остановиться он должен был на самом краю или где-то поблизости. Я нажал на кнопку прибора, но ничего не произошло – электрод не был воткнут в землю, а стало быть не было контакта. В лучшем случае это обрыв провода, а в худшем… а вот об этом я постарался не думать и пошёл искать студента.
Студент обнаружился стоящим на краю обрыва и самозабвенно фотографировавшим окружающий пейзаж. Рядом с ним валялись брошенные на землю электроды. На мой вопрос: «А какого, собственно… ты тут делаешь?» Студент ответил вполне спокойно:
– Я подумал, что мы сюда уже не вернёмся, поэтому решил успеть всё поснимать.
Возможно что именно в этот день он впервые услышал множество очень интересных идиоматических выражений, а также узнал много нового о себе и своих умственных способностях.
С этой скалы нам ещё пришлось спускаться и спускать с неё оборудование, поскольку начальство очень интересовало строение поймы реки Пели, а кто ещё, кроме геофизиков, может заглянуть вглубь земли, не копая и не буря скважины? Именно там я впервые зацепил огромную депрессионную зону (русло какой-то древней реки), тянущуюся вдоль всего Кваркуша и уходящую куда-то на юг. Но начал сыпать снег, окружающие нас горы успели приодеться в белые одежды до будущего лета. Пора было заканчивать полевой сезон.
Последние рабочие дни. Бригада ВЭЗ на хребте Золотой Камень.
На горизонте ГУХ (главный Уральский хребет)
Студенты уехали в Пермь на учёбу, ну а мы «офицерской» бригадой проработали до конца октября, после чего завершили все работы и вернулись домой.
Во ещё одна история из этого сезона: Туман Были и ещё приключения, как-нибудь расскажу и о них.
P.S. Ещё одна история рассказана. А вообще, в то время я думал что это со студентами сложно, пока через 7 лет не возглавил бригаду школьников. Вот там вообще караул был. Правда, в отличие от студентов школьники были очень сильно замотивированы - на компьютеры заработать хотели ))) Читайте, критикуйте, пишите комментарии - всегда приятно с вами общаться!
Показать полностью
15
Первый Вело-водный поход. 8-15 июня 2013 года. Пермский край, река Коса. Часть 3, заключительная
День пятый. Припасов на два дня, из расчета 1 сублимат утром и вечером, сублимат и бич в обед. Чай, сахар и сухари с запасом. Негусто. Утром отплываю и вскоре подхожу к Усть-Онолве.
На берегу большое стадо коров, лодки, железные ящики для моторов, само село в отдалении от берега. С берега хороший обзор, людей не видно, моторов не слышно. Решаю рискнуть, привязываю лодку и иду в село, спрашиваю магазин. Бинго!
Трусцой бегу по улице, впереди меня две лошади темной масти и жеребенок, копытным я не нравлюсь, метра за два лошади встают поперек, ржут, одна идет ко мне. Получить с утра копытом в бок мне не улыбается, разворачиваюсь и бегу обратно, затем сворачиваю в ближний проулок, а там, ха! второй жеребенок. Тут уж я бегу в полную силу. Сделав крюк, нахожу магазин и закупаюсь. Свежая прохладная минералка после нескольких дней теплой фильтрованной речной воды, это песня...
Лодка дождалась нормально, отправляюсь дальше, гидромешок с припасами вновь полон.
День больше не приносит неожиданностей. Река делается шире, в некоторых местах видны следы старых приспособлений для сплава леса, в бодром темпе миную Буждым, Мараты, где вышка связи стоит близко к реке, Варыш, и подхожу к Пуксибу.
О приближении к жилью можно узнать по увеличивающимся рыбацким местам с утроенными сиденьями и рогульками. Вечереет, присматриваю место для стоянки и причаливаю. Замечаю на другом берегу лодку, не успеваю вынести на берег рюкзак, как на другом берегу появляется мужик и начинает греметь цепью. Решаю, что явка провалена, складываю вещи обратно и иду дальше, минуя Пуксиб. У деревни, в холодной воде с визгом купаются девушки-пуксибки. Стараюсь грести технично.
Двигаюсь еще с час, нахожу хорошее пустынное место, и заволакиваю лодку глубоко в кусты, там же ставлю палатку. Отчего-то хочется отгородится от мира. Где-то совсем рядом крякает утка. Ужинаю, сколько влезет и засыпаю. Ночью слышу как утка крякает возле палатки, затем у воды и наконец затыкается. Под утро прошел небольшой дождь, но песок быстро сохнет.
День шестой. День начался неплохо, солнце пригревало, и я греб в привычном темпе, но затем погода поменялась.
Кочевский район относится уже к местностям, приравненным к Северу, с которого подул ветер, стало холодно, так что я сперва одел куртку, а затем, под нее, спасжилет, так было более-менее тепло. Тучи ходили кругами, или это река петляла. Раза три шел дождь, от которого я спасался под пончо, накрываясь вместе с рюкзаком.
Вспомнив, что спальник у меня лежит на дне рюкзака, после первого дождя переложил не успевший намокнуть спальник повыше, в п/э пакет, а между дном и рюкзаком засунул пластиковую бутылку.
Двигался я в целом на север, поэтому ветер стабильно дул встречный, и я греб, греб и греб, пытаясь прятаться под берегами, с твердым намерением финишировать сегодня. Было не до красот. Размышлял о том, что неплохо, наверное, было бы облегчить концы весла процентов на 30-40, а отталкиваться не веслом, а срубить специальный шест... На широких местах добавлялись идущие против течения волны, впрочем, на такой реке небольшие.
Ощущаю недостаток калорий.
К вечеру показались дома п.Кордон и в 21 ч. я вышел на берег. Спросил у местного рыбака дорогу, и начал обратную разборку-сборку, которая заняла ни много ни мало 2 часа.
В 23 я все увязал, затянул лямки рюкзака, поднялся на дорогу и покатил, с намерением выехать за с.Коса и заночевать в лесу. На дороге меня снова застал дождь и основательно промочил. Ночью, на холоде, в сыром лесу, в промокших вещах, под дождем - дело принимало весьма нешуточный оборот.
Я заехал неглубоко в лес, отошел метров 20 от дороги, под накрапывающим дождем поставил палатку, закинул внутрь рюкзак и забрался сам. Внутри зажег горелку, и в маленькой палатке сразу сделалось жарко, перекусил, повесил штаны под потолок, постелил коврик, сверху куртку, выключил газ и в спасжилете забрался в спальник, думая, что в принципе, жить можно... однако ночью я уже думал иначе. Под тент поддувало, было холодно и я мерз. Дальше я зажег горелку и дремал вполглаза. Мерзнуть дальше я был не в силах. Горелку я включал дважды за ночь, на время не смотрел, но к утру баллон полегчал.
День седьмой. Утром палатка нагрелась на солнце, и я еще подремал, натянул высохшие штаны, мокрые велотуфли на неопреновые носки и двинул дальше. До Кудымкара оставалось 150 км.
После ночи чертовски болела голова, проглотил таблетку обезболивающего. Щебенка быстро высохла, я добрался до следующей деревни, где купил воды и бананов, после минералки мне полегчало, и в спокойном темпе я прошел Пармайлово и добрался до Юксеево, откуда до Кудымкара идет асфальтовая трасса. Трасса эта правда в районе Кочево разрушена, и в настоящее время идет ее ремонт, так что еще полпути я шел практически по грунтовке.
Багажник держался, хотя я переложил на него и концы весел, и всю палатку, и все это намокло под дождем. Двигался небыстро, часто останавливаясь и отдыхая. Слегка ныло левое колено и кисти рук, забитые греблей.
Погода наладилась, сперва снял спасик, затем и куртку, но пройти весь маршрут за день не хватило сил. Пройдя 100 км, я решил, что пожалуй встану на ночь. Стоило произнести эти слова, как сразу организм отключился, резко захотелось спать. Встал в перелеске, поставил палатку, в полудреме съел кашу из сублимата и отключился.
День восьмой. Нужен был полноценный отдых, которого я себе не дал и остававшиеся 40 км по знакомой до каждой трещины дороге прошел волевым усилием. В Белоево отдыхал, покупал воду и бананы, и к 14 ч. финишировал в городе.
Печатаю еще с трудом и слазит кожа на руках и носу, но это мелочи. Я достиг всех запланированных целей, снял фото, видео, набрался впечатлений и нового опыта.
Показать полностью
24
Первый Вело-водный поход. 8-15 июня 2013 года. Пермский край, река Коса. Часть 2
Долго ли, коротко ли, но впереди раздается громкий шум воды, медленно подхожу и вижу остатки моста, представляющие собой бревенчатые уступы на берегах и деревянное же дно между ними, обрывающееся невысокой, в общем то, ступенькой, с которой с шумом падала вода.
Тут я немного зас, э, сомневался, что угодно может там валяться, хоть борона, так что причаливаю, и осматриваю проход с берега. Затем натягиваю спасик, расталкиваю все вещи по сумкам, все сумки и рюкзак страхую веревкой, выдыхаю и иду в проход. Лодка с легким 'плюх' проходит буруны, и ровно движется дальше. Для меня эмоции, для Викинга же это явно не испытание. Ну да лучше перебдеть, как говорится.
К вечеру прохожу автомобильный мост на трассе Кудымкар-Гайны, миную кучно сидящих рыбаков, ощетинившихся удилищами, пробираюсь через бобровый квартал, с норами, торчащим у берега или плавающими, а затем с шумом и плеском ныряющими коричневыми макушками, дальше, дальше, ищу приемлемое для стоянки место.
Уже после захода солнца нахожу узкую полосу сухого песка, втаскиваю лодку, ставлю палатку, ужинаю и засыпаю. Ночь в этом сыром месте проходит крайне некомфортно, мерзну, утром просыпаюсь разбитый в хлам, горло саднит, делать ничего неохота, хоть сворачивайся. Солнце потихоньку начинает пригревать, оживаю, как рептилия, кипячу воды, выпиваю пакет чего то с парацетамолом, снова ложусь и досыпаю в тепле. Просыпаюсь другим человеком, можно двигать дальше.
День третий. Сворачиваю лагерь и выдвигаюсь. Скоро подхожу к д.Сальниково, в деревне берет связь, делаю необходимые звонки. На берегу женщина полощет белье, рассказывает, что магазина в деревне нет, что воды сейчас еще считается много, река дальше хоботнАя, вот раньше был сплав, бревнами все забивалось, так что петли кое-где спрямляли, рыли проходы техникой, напротив деревни была колодная, так там даже взрывали, на берегу стоял дом с большими окнами, которые при взрывах вылетали и мужик все говорил, когда ваш сплав уже кончится, сейчас все берега заросли ивняком, а раньше бревнами сносило, спиннингом как рыбачить? Так-то.
Двигаюсь дальше, река становится шире, вода становится нормального речного цвета, пейзаж оживает, встречаются песчаные пляжи, обрывы, нависшие над водой деревья, ручьи, торчащие по течению бревна.
Чувствую, что руки до локтей напрочь сгорели, а крем от солнца я не взял. Жертвую носками, разрезаю носы и надеваю на руки, поливая водой, смотрится, должно быть, дико, но что делать.
Вечером решаю устроить себе отдых и встаю на красивом пляже в 20 ч., тепло, ставлю палатку у воды на песок, отдыхаю, считаю припасы. Я налегал на еду, и в итоге гермомешок, ранее едва закрывавшийся, носило ветром. Ничего не мешало на старте бросить в рюкзак на кило больше сублиматов и бичей, но... опыт, как сказал поэт, есть сын ошибок трудных. Даже если идти на приемлемом минимуме, то чистой автономки не выходит, значит, придется закупаться по дороге.
Впереди, судя по карте, залитой в навигатор, Красная Курья, Пуртым и Усть-Онолва, где-нибудь да должен быть магазин.
Ночь проходит спокойно, коврик заклеен и держит давление, быстро отключаюсь. За ночь высыпаюсь, утром не спеша собираюсь и в районе 12 отправляюсь дальше.
День четвертый. Погода стоит. Подхожу к Красной Курье, дома подходят к самой воде, у берега плавает плотик, возле которого бродит здоровенная свинья. Привязываю лодку, поднимаюсь к домам, ближайший оказывается почтовым отделением, в которых обычно продают консервы и т.п., но дверь закрыта на два замка. Вижу группу детей, спрашиваю про магазин, нет, говорят, магазин закрылся, полностью. Возвращаюсь к лодке, следом подходят маленький мальчик и девочка постарше, болтаем.
Выясняю, что девочка знает, деда, чей магазин. Слушай, говорю, Алена, давай ты уговоришь деда открыть лавку, мне бичи, тебе мороженое, м? Алена соглашается и уходит, нет ее долго, потом возвращается грустная и мотает головой - нет, сказал, магазин не работает... Перевожу взгляд на свинью, та быстро опускает глаза. Ладно, чего там, отчаливаю. Следующий по списку Пуртым с берега оказывается не виден.
Гребу, к вечеру подхожу к Усть-Онолве, решаю встать выше, чтобы в село идти с утра. Встаю на песчаном пляже, который, как и все прочие на этом участке реки, зарос какими-то бледнозелеными цветами с мерзким запахом, так что стоять можно либо у кромки воды, либо выше, в кустах. Затаскиваю лодку за кусты, там же ставлю палатку, но волны противного запаха время от времени докатываются и туда, и лишь висящие у входа неопреновые носки немного сглаживают ситуацию. Ночью тепло, высыпаюсь.
Показать полностью
25
Первый Вело-водный поход. 8-15 июня 2013 года. Пермский край, река Коса. Часть1
Этот текст написан в 2013 году. Я не имел опыта многодневных походов, вдобавок был увлечен романтическим выживальчеством, но рискнул самостоятельно спланировать велосипедно - водное путешествие. Первый блин предсказуемо местами вышел комом - но, дал ценный опыт.
Дело было так.
Этой весной решил попробовать себя в водном туризме и приобрел надувную байдарку Викинг 3.8. Опробовав два раза в однодневных ПВД в конце паводка, в начале июня собрался в вело - водный поход, по реке Коса в Пермском крае. План - доехать от г.Кудымкар через с.Юрла и с.Юм до п.Комсомольский, оттуда сплавиться до п.Кордон и через села Коса, Юксеево, Кочево, Юрла вернуться в г.Кудымкар.
Старт намечен на 8 июня, укладываться начинаю накануне. Так как до воды и обратно путь своим ходом, вес и объем барахла актуален. Итак, что имеем?
Велосипед CUBE AMS 100, 2010 года, двухподвес. На нем консольный багажник Axiom, который, скажу, забегая вперед, выдержал. (не сильно перегружал, размещал вес ближе к подседелу, сделал страховку веревкой между рамкой багажника и подседелом, с закруткой колышками от палатки, плюс нормальная работа задней подвески, ехал спокойно и внимательно, не допуская ударов.
На багажнике две боковые сумки на пластиковых крючках. Так как багажник без боковых рамок, сделал и вставил П-образную рамку из проволоки между сумками. Кроме того, на байке стоят контакты Shimano, анатомические ручки руля Ergon, проводной счетчик Cateye strada, фара Topeak с 1 светодиодом, крепеж под экстрим камеру DRIFT HD170, флягодержатель.
Лодка Викинг 3.8, без деки и уключин.
Весло дюралевое, трехсекционное.
Лодку, сложенную в квадрат и стянутую скотчем - на багажник, с фиксацией веревкой с закруткой и резиновым шнуром. Вес ее 9 кг. Сверху под шнур неопреновый спасик и каркас палатки (на обратном пути туда же положил всю палатку и концы весла). В сумки: 2 сидушки лодки, насос-лягушку, ремнабор, большой баллон с газом, пластиковые галоши и неопреновые носки. В рюкзак Black diamond 40 л.: коврик надувной укороченный, спальник летний синтетический, посуда, горелка, немного шмотья, еда: сублиматы (гречка! имеет вкус!!), сухари, консервы тунец и паштет, в боковые карманы рюкзака каркас лодки и середину дюралевого весла, скрепленные скотчем, в задний карман концы весла, средства от комаров и клещей. На лямке навигатор Garmin GPSmap 60CSx. Непромокаемые камера, фотоаппарат и телефон, доп.аккумуляторы и батареи, и прочая обычная мелочь, по списку. Заезжаю задним колесом на напольные весы, показывает 24 кг, взвешиваю рюкзак - 14 кг. Одет в велоодежду Endura, велотуфли под контакты, перчатки, шлем не брал.
День первый. 8 июня, 8.45, выезжаю. Дал круг у дома, и вышел на маршрут. Кудымкар - с.Юрла - 40 км по асфальту, далее 50 км по грунтовке, без связи. Погода сухая, скорость по асфальту держу в районе 17 км/ч, на грунте снижается, дорога петляет, подъемов достаточно. На отдых встаю по мере накопления усталости и необходимости размяться, где то каждые час-полтора, минут на 5-10. Осень, зиму, весну мы регулярно катали, так что без ложной скромности скажу, что подошел в нормальной форме.
Теплеет, снимаю куртку, в 14 ч. перекусываю в роще, качу дальше и в 15 ч. въезжаю в с.Юм. Мне нужна вода, за поворотом нахожу работающий магазин, переделанный из дома, и с торчащими выше головы трубами вползаю в низкую дверь. Продавщица приветлива, помогает советами при маневрах. Беру минералку и гусиным шагом покидаю магазин, вспоминая Блока "мне избы серые твои". Отдыхаю, наблюдая сельский быт. Суббота, бредут куда то пьяные, из магазина выходит стриженый наголо мальчик с мороженкой, обертку кидает под ноги. Хмурюсь в сторону заката, и спасибо этому дому, катим дальше.
В 19 ч. въезжаю в п.Комсомольский, на счетчике 90 км. Проезжаю по главной дороге, в конце отворот на автомобильный мост, еду прямо и выезжаю на песчаный коровий пляж с сухим, нормальным для спуска лодки и посадки берегом. Уффф, приехали)
Раскидываю барахло, собираю и накачиваю лодку, что в случае в Викингом, довольно быстро и неутомительно. Собираю трехсекционное цельнодюралевое весло, стыки и места хвата обматываю изолентой. С вела снимаю колеса, раму кладу поперек ближе к корме, и фиксирую шнуром, за кильсон, с закруткой, колеса стопкой ближе к корме. За сиденье ставлю набитый рюкзак, с упором в раму велосипеда, получается удобная спинка. В нос лодки кладу велосумки и продукты в гермомешке. Переобуваюсь в неопреновые носки и галоши, строго глядя на абсолютно гладкую воду одеваю спасжилет.
Подтягиваются любопытные местные, общаемся доброжелательно, расспрашивают, дают советы, и вот я уже забираюсь в лодку и отталкиваюсь от берега. Ну что, поехали!
Прохожу отмель, осваиваюсь с греблей. В этот раз впервые собрал весло под углом лопастей в 90 град., требуется время, чтобы разобраться с техникой. Хват правой фиксированный, в левой весло проворачиваю. Осматриваюсь. Течение присутствует, лодку несет, от торчащих коряг образуются волны длиной до полуметра. Включаю навигатор, меряю скорость. Без весел лодка идет где то 2-4 км/ч, при нормальной гребле 5-6, при интенсивной гребле могу разогнать до 8 км/ч.
Вода в реке холодная, темная, цвет меняется от лимонада на мели до солярки и непроглядно хорошего чая на глубине.
Отойдя от поселка, около 21 ч. встаю на ночевку. Совет вставать засветло сейчас неактуален, так как почти всю ночь можно читать без фонаря. Вытаскиваю лодку на песчаный пляж, в кустах ивняка ставлю палатку, одноместную двуслойку Vaude odyssee. Фильтрую воду на ужин, используя Аквафор с грушей, накручивающийся на бутылку, затем кипячу. Газ в баллоне, горелка простая стальная Kovea, экран из жестяного гофровоздуховода. У очищенной воды нет вкуса и запаха, цвет осветляется где то вдвое, но не исчезает.
Подтягиваются комары, так что ужинаю в палатке, слушая их звон снаружи. Ночью звуки изменяются, и слышатся иначе. Комары дают близкое окружающее гудение без определенного источника, кузнечики не выключают свои перфораторы, с неровным дизельным звуком медленно летает туда-сюда неведомая тварь, гулко кукуют кукушки, бездумно крякают утки, вдруг, как из автомата в трубу - дятел, плещет рыба, да время от времени доносится гул самолетов. Вроде никого не забыл.
За каким то лешим кладу коврик вверх дном, ерзая, опираюсь на что то торчащее из песка, и слышу: - хрусь - дно палатки цело, а коврике дырка. Так-перетак. Коврик старый, видимо пластик верха уже устал. Леплю самоклеющуюся заплату, но утром просыпаюсь на сдутом. Ладно, думаю, потом поставлю заплату от лодки. Ночью холодно, мерзну.
День второй. Верховья Косы живописны, река неширокая, сильно петляет, по берегам возвышаются деревья, идешь то через лес, то выходишь на красивые песчаные пляжи.
Освещение непрерывно меняется, от солнечного летнего дня до глубокой тени, лучи солнца просвечивают лес, освещают дно, которое то состоит из песчаных подводных дюн, то переходит в гальку, или заросли хвоща или водорослей. У берега из воды растут желтые цветы.
Вода на границе света и тени дает дивные оттенки. Вот лодка быстро скользит по прозрачной воде над волнистым песком, и тут же дно обрывается, и ты уже зависаешь над черной ямой, в которую уходят и теряются лучи солнца. Много перекатов, пару раз скребу дном и один раз конкретно сажусь, но снимаюсь с раскачкой, не вылезая из лодки. В некоторых местах, с низкой точки на воде видна заметная ступенька, и лодка получает небольшое ускорение.
В тенистых местах со спокойным течением вода абсолютно гладкая и черная, так, что кажется твердой. Впадает много ручьев - невысокими, но шумными ступенчатыми водопадами.
Из дна то тут, то там торчат бревна, оставшиеся от давно закончившегося сплава, и стволы вывороченных паводком деревьев.
Много стволов низко нависает над водой, цепляясь за берег едва ли половиной корней, зеленея свое последнее лето. В одном месте ствол лежит поперек реки, у комля вижу просвет, и лежа протискиваюсь под деревом.
Редко встречаются рогульки рыбаков, палки с привязанными сетями, самодельные железные лодки. Прохожу рыбацкий барак, перекидываемся парой слов с сидящим на берегу рыбаком, приглашает, но отказываюсь, надо двигаться дальше.
Обедаю на пляже, готовлю на газу, поэтому мусор зарываю в яму, пользуясь веслом, как лопатой, и да, открываю консервы ножом). Сухо, мух нет, комаров днем на открытых местах тоже нет, а в траву я без нужды не забираюсь.
После Усть-Янчера незаметно река изменяется, деревья отступают, берега становятся илистыми и топкими, обрастают ивняком. Этот участок тоже надо пройти, снимаю спасик, сажусь на него и гребу, совершенствуя технику.
Показать полностью
25
Автономный одиночный вело-водный поход по северу Коми-Пермяцкого округа. Лето 2014 года, 11 дней, 425 км. Часть заключительная
Ближе к устью Весляна разливается, появляются обширные песчаные мели, пляжи. Течение невелико, но присутствует и по спокойной воде и слабом попутном ветре держу около 6-7 км/ч. На одну из мелей сажусь основательно. Боком, с раскачкой, с шестом пройти не выходит, приходится вылезать и проходить мелкое место пешком. Неопреновые носки набирают воду секунды за три, топать по дну в холодной воде в них комфортно, однако сохнут они потом днями.
По берегам стоит несколько деревень.
Жилая одна, остальные, насколько можно рассмотреть с воды, заброшены, но дороги к ним есть, это я видел, когда проходил велосипедную часть маршрута.
Место впадения Весляны в Каму, судя по навигатору, совсем близко. Ближе к 22 часам пытаюсь высмотреть место для стоянки, но ничего подходящего не встречается. После 10 вечера вхожу в Каму, справа бугор, слева мель, нам налево.
Солнце скрывается за деревьями по левому борту, становится прохладно.
Постепенно выясняется, что мест, сколько-нибудь пригодных для стоянки просто нет, один берег сырой, второй обрывистый. Река делается настолько широкой, что в противоположный берег приходится вглядываться. Хорошо, что нет ветра, на таком пространстве может неслабо для открытой байдарки штормить. Двигаюсь еще час, крутя головой, затем присматриваю место на левом берегу, на склоне, под обрывом. Чтобы поставить палатку приходится убрать лежащее на единственном почти ровном месте бревно, игнорируя недовольство живущих под ним муравьев. Туда же втаскиваю лодку. Стою открыто, выбора нет, от воя комаров, кажется, вибрирует палатка. Ночью несколько раз что-то или кто-то шумно плюхается в воду, вероятнее всего бобры, чьи норы и траншеи во множестве есть по всей реке. Ночь проходит хоть и под углом к горизонту, но спокойно. За день пройдено 47 километров, всего 403. Завтра финиш.
2 июля. День 11.
С утра пасмурно и прохладно, но мысль об успешно пройденных сотнях километров греет. В 10 часов выбираюсь из палатки и расталкивая комаров, стартую. Кама широкая и спокойная, но многовато мелей, приходится быть внимательным, оценивать обстановку и махать веслом. Погода стремительно улучшается, светит солнце, становится жарко, температура воздуха градусов 27, можно загорать.
Вода холодная.
До Гайн километров 20, не много и не мало, в самый раз. Вода гладкая, течение есть, ветер слабый и попутный, на реке просторно и пустынно.
Затем вдалеке становится слышен звук дизеля, далеко впереди показывается катер, буксирующий прикрепленную сбоку мелкую баржу с автомобилем и сразу становится тесно. Паромная переправа устроена по диагонали и катер идет мне навстречу. Тут выясняется, что кто кому должен уступать и как вообще разъезжаться я не имею ни малейшего понятия.
Справа на берегу висит знак, похожий на погон младшего сержанта, прижимаюсь вправо и иду вблизи берега, качаясь на волнах, пока паром пристает к противоположному берегу.
Катер водометный, с эффектным задним ходом. Через какое то время паром обгоняет меня, и упирается в правый берег, продолжая молотить дизелем. Ухожу влево.
Ниже действует еще одна паромная переправа. Иду не напрягаясь, останавливаюсь размяться на небольшом гравийном островке посреди реки, один раз заносит на мель, приходится пройтись пешком.
Так как осадка у лодки небольшая, все критические глубины мне ниже колена. Мель заканчивается резко, ступенькой, хорошо, что шел небыстро. Встречаются рыбаки, на моторе и веслах, один с шестом. С берега тоже рыбачат.
К Гайнам подходу к трем часам. Село далеко тянется вдоль берега, в начале справа высокий обрыв красной глины, внизу прицеплены лодки и в одном месте устроена длинная вертикальная лестница, видимо лазить проще, чем обходить.
Финиш проходит буднично. Памятник с якорями, от которого я стартовал далеко видно с воды.
Поскольку других причалов я не знаю, решаю выходить на берег там же. Выбор оказывается не идеальным, так как на берегу попадается стекло от бутылок, впрочем, пробраться, глядя под ноги можно. Беру навигатор, и пред тем, как выключить, поднимаюсь на дорогу и замыкаю петлю. За день пройдено 22 километра, всего 425 километров. Маршрут закрыт.
Звоню в Кудымкар, меня заберут, но не раньше 23 часов, времени предостаточно, но лениться не выходит, так как у воды начинают есть комары. Разбираю и укладываю вещи, прицеп, рюкзак, багажник, собираю велосипед, убираю песок и речной мусор из лодки, протираю и сворачиваю, а затем поднимаю все от берега и укладываю на лавку.
На раме обнаруживаю несколько новых царапин и потертостей краски, видимо, неудачно уложил. От вещей уйти нельзя и до вечера просто пинаю погоду, читаю новости, смотрю на реку, наблюдаю за местными девушками.
Показать полностью
13
Автономный одиночный вело-водный поход по северу Коми-Пермяцкого округа. Лето 2014 года, 11 дней, 425 км. Часть 3
Серьезных препятствий не встречается.
Очень холодно, иду одетый и застегнутый. Сильно много рассказывать про эту часть маршрута нечего, лучше смотреть видео. В 15.15 встаю на обед, делаю двойную порцию каши с тушенкой. В воде у берега масса любопытных и не боящихся человека мальков всех размеров. Кидаю им каши - набрасываются, как голодные. Снимаю рыб под водой крупным планом, те не возражают.
В 17.30 упираюсь в небольшой завал из нескольких мелких стволов. Берег невысокий и пологий, поэтому перетаскиваю лодку по левому берегу не разгружая и иду дальше.
Вечером подхожу к Кероссу, смотреть с воды особо не на что. Теплеет, и довольно сильно, так, что можно расстегнуть куртку. Прогноз на ночь, тем не менее, дает всего +3. За поселком прохожу под низким мостом, в виде массивной металлической фермы, стоящей на хлипкого вида старых деревянных опорах и иду дальше.
Двигаюсь до 22 часов, затем встаю на песчаном берегу поросшем кустами, за которые затаскиваю лодку, подальше от воды. За день прошел 34 километра, всего 232 км. Дальше следует продолжительный участок без населенных пунктов, где два или три дня придется рассчитывать только на себя. Вставляю третий комплект батареек в навигатор. Ночью, несмотря на прогноз, не слишком холодно.
28 июня. День 7.
Подъем 9.30, старт в 11 ч., с утра солнечно. Решаю закрепить результат и прибавить километры. Ходовой день проходит так же, как и предыдущий и сюрпризов не приносит. Относительно тепло, переменная облачность, река шире, завалы не встречаются. Навигатор вставлю в режим отображения скорости, как мне кажется, в режиме карты он потребляет больше энергии.
На реке встречается немало интересных объектов. Разнообразная водоплавающая живность, поля извивающихся водорослей, частоколы хвоща, создающего противный ноющий звук при трении о борт лодки, небольшие песчаные отмели и высокие песчано-гравийные обрывы. Из берегов кое-где торчат вереницы или пачки бревен, связанные толстенными тросами, остатки срубов, корпуса железных катеров.
Все это имеет уже совершенно археологический вид, но представление о масштабах дает.
Река чем дальше, тем больше начинает напоминать водное шоссе, с видимостью местами на сотни метров. Управлять приходится уже не по оперативной обстановке, а придерживаясь курса. В 15.15 встаю на обед, в месте, называющемся 'Гаваньский кордон', навигатор показывает 248 км. Пытаюсь найти гавань, в которую можно было бы зайти, но не нахожу. В 17 часов начинается дождь, отправляюсь дальше, задача - превысить результат прошлого дня.
К 22 часам расстояние, пройденное за день составляет 40 км, всего пройдено 272 км., в пути уже неделю. Тут мне встречается небольшой вытянутый песчаный остров посреди реки, с кустами поверху и глубокими протоками с обеих сторон. Разве можно отказаться от возможности провести ночь на настоящем необитаемом острове)
Втаскиваю лодку, вверху достаточно места для палатки. Неплохо, для одного. Пересчитываю припасы. Осталось овсянки мгнов.приготовления - 6, гречки - 5, дружбы - 3, бичей - 3, лапши 4 брикета, тушенки 2 банки по 380 гр., сухари, чая мало, сахара 1/3. Оставшееся расстояние могу оценить приблизительно, по карте. На глаз, если удастся сохранить взятый темп - должно хватить без урезания меню, тем не менее, решаю тушенку придержать и устроить вегетарианский день.
Ночью, начиная с 4 часов начинается гроза, гремит и поливает. Лодку из-за привязанного велосипеда не переворачивал, поэтому утром в ней обнаруживается пара ведер воды. Приходится воду выливать и переукладывать байк.
29 июня. День 8
Весь день пасмурно, сильный южный ветер.
Характер реки не претерпевает существенных изменений. Около 14 часов видел лосенка без рогов на берегу. Увидев меня, тот несколько секунд думал, а когда я включил камеру, злорадно развернулся задом и неторопливо ушел в лес.
В 15 часов обедаю, кашей.
Держу установившийся темп движения и к 17.30 подхожу к Усть-Черной, это хороший результат. В месте впадения речки Черная прохожу под высоким капитальным железным мостом.
Сверху стоят коровы, снизу лазают пацаны. Дальше на берегу что-то напоминающее закусочную, стоят машины. Оттуда кричат, но от визита воздерживаюсь и иду дальше, решаю не останавливаться, пока не перекрою вчерашний результат.
В 22.15 набегает 41 километр дневного хода, всего осталось позади 313 км. Встаю на левом берегу, на плоской песчаной площадке, за кустами. Лодку затаскиваю туда же. Комаров тучи, их вой, полный всех эмоций сразу, не утихает. Если бы у туриста был рот как у кита, размером с чемодан, тушенка бы не понадобилась. Завершаю вегетарианский день ужином из лапши б/п и сублимированного омлета мохнатого года выпуска с чаем. Ночь ничем не примечательна. Под утро, в 6 часов прошел дождь.
30 июня. День 9
Стартую в 11.20.
Пасмурно, река спокойная, повороты плавные.
Около 15 часов подхожу к п.Пельмин Бор. Пристаю, поднимаюсь на берег. Место сырое, метрах в трехстах видны развалившиеся дома, тихо.
Прогуливаюсь до деревни. Один заколоченный дом приспособлен, очевидно, под базу рыбаков, прочие пустуют, возвращаюсь. Пасмурно, дует холодный ветер, от которого приходится закрывать горелку. Час трачу на обед из гречки с тушенкой и двигаю дальше. Попадаются рыбаки на лодках.
30 секунд солнца
Около 20.30 подхожу к Серебрянке.
На берегу немало лодок, некоторые стоят с моторами. Очень холодно и ветрено, по прогнозу - 8 градусов. Миновав поселок, одеваю поверх куртки для дополнительной защиты от ветра дождевик. Иду до 22 часов, затем встаю на левом берегу. За день прошел 43 км, вновь улучшив результат. Всего 356 км. Закончился третий комплект батарей в навигаторе, вставляю новый. Сама ночевка начисто стерлась из памяти, предыдущую и следующую помню, эту - нет.
01 июля. День 10.
Ощущаю недостаток сил, на завтрак съедаю 2 пакетика каши. Стартую в 11 ч., с утра холодно, но солнечно, затем держится переменная облачность. Ветер северный, попутный, что радует, хуже нет грести против ветра. Затем теплеет.
В 13 часов подхожу к Онылу. Поселок на правом берегу, напротив из воды торчат старые сваи моста.
На берегу кучно прицеплены разнокалиберные лодки, дома стоят близко к воде. Запасов еды у меня уже точно хватает, но, находясь в отпуске, доходить на каше с сухарями и тушняке из хвостов ради чистоты эксперимента считаю излишним. Решаю рискнуть, забираю ценную мелочь и оставляю лодку. На улице человек в костюме электрика задумчиво смотрит на столб, спрашиваю магазин, тот объясняет. Магазин за углом, внутри двое покупательниц, на мою вежливую просьбу отпустить вперед откликаются. Беру минералки, хлеба, чай, сахар, печенье, конфеты, кетчуп и трусцой бегу обратно. После нескольких дней сидения в лодке бежится не очень, через сотню метров начинаю пыхтеть. На берегу все в порядке, иду дальше.
Дальше можно было бы не упираться, но меня уже затянуло в движение и темп держится сам собой, в том числе благодаря хорошей погоде.
Показать полностью
23