Есть машины, которые появляются слишком рано. А есть те, что выходят на сцену слишком поздно - когда зрители уже расходятся, свет в зале гаснет, а оркестр собирает инструменты.
Москвич-2141"Святогор" принадлежит ко второй категории.
И это особенно обидно, потому что сам автомобиль был, пожалуй, самым серьёзным и продуманным проектом АЗЛК за всю историю завода. Машиной, в которой завод впервые попытался сыграть не по советским правилам, а по европейским. Машиной, которая могла бы изменить репутацию марки, если бы появилась на 7-10 лет раньше.
Но давайте разберёмся, что же в нём было такого - и почему попытка получилась сильной по технике, но проигравшей по времени.
Не модернизация, а фактически новая машина
Если воспринимать "Святогор" как косметически доработанный 2141 - это ошибка. По сути АЗЛК взял знакомую платформу и попытался пересобрать её по взрослым стандартам, а не просто перекрасить и приклеить новый шильдик.
Здесь не было и намёка на привычное "сойдёт и так". Чувствовалась настоящая одержимость - выжать из базовой платформы всё, на что она только способна.
Смотрите сами: они перелопатили подвеску, доводя до идеала её жёсткость, кинематику и реактивные моменты. Перекроили передок кузова, усилили все узлы и точки крепления. Поставили новые моторы - от Renault до УЗАМ, с куда более солидной тягой. Добили шумоизоляцию. И в итоге родился автомобиль с абсолютно другим, собранным и дерзким характером на дороге. Это был не рестайлинг - это было перерождение.
АЗЛК впервые сделал автомобиль, который ощущался не как архаика с обновлёнными фарами, а как машина, пытающаяся соответствовать реальному европейскому сегменту D.
Ключевое слово - "пыталась". И тут мы подходим к главной проблеме не техники, а момента времени.
Эпоха уже ушла, а "Святогор" только набирал силу
Чтобы понять трагедию модели, нужно вспомнить 1997 год - именно тогда "Святогор" выходит на рынок.
В это время в России уже вовсю бегают подержанные Passat B3/B4, Ford Sierra, Opel Omega и куча японцев. Все они и комфортнее, и тише, и, главное, уже зарекомендовали себя.
"Святогор" же был новичком, которому требовалось доверие. Но покупать по цене новой машины то, за что соседи могут "привезти из Германии" что-то более солидное - такой выбор делало очень мало людей.
Даже если инженерно "Святогор" был разумен, рыночная реальность играла против него. АЗЛК боролся не с ВАЗом, а с миром европейского секонд-хенда. И это был заведомо проигрышный матч.
Renault F3R: двигатель, которого АЗЛК заслуживал
Одна из сильнейших сторон "Святогора" мотор F3R, тот самый 2-литровый атмосферник Renault, проверенный, ровный, тяговитый. На фоне всего, что ставили на "Москвичи" раньше, это был почти культурный шок.
С этим мотором машина впервые чувствовала себя живой, особенно на трассе. Тяга с низов, адекватный расход, уверенный разгон - всё это делало автомобиль современным хотя бы по ощущениям.
И это опять-таки усиливало главный вопрос: почему подобный уровень пришёл так поздно?
Честная конструкция, которой не хватило ресурсов
"Святогор" всерьёз подавал надежды. Машина на подъёме была действительно интересной: управляемость - собранная, в виражах она больше не заваливалась на бок, как уставшая лошадь, а с новой шумоизоляцией можно было спокойно болтать с пассажиром, не переходя на крик. Настоящий прорыв!
Но всё это разбивалось о суровую реальность завода. Инженеры выжимали из себя всё, но цех не мог им дать главного: стабильного качества сварки, хоть сколько-нибудь одинакового металла, хотя бы примерного срока службы узлов. Каждая покупка превращалась в лотерею, где билет с выигрышем был лишь у единиц. Блестящий замысел похоронила убогая исполняемость.
В результате покупатель сталкивался с парадоксом: машина по идее была хорошей, но по факту могла родиться как удачной, так и проблемной. А массовый потребитель, особенно в 90-е, подобных рисков избегал.
Чего хотел АЗЛК - и почему не вышло
"Святогор" задуман как шаг в новую эпоху для завода. Более того - как заявка: "мы можем делать машины по мировым стандартам".
Потенциал был. Инженерная школа была.
Не было только двух вещей:
времени - проект опоздал минимум на десятилетие;
денег - модернизация производства так и осталась мечтой, а не реальностью.
Автомобиль, который должен был стать спасением АЗЛК, стал его лебединой песней. Ирония судьбы в том, что именно в "Святогоре" лучше всего видно, каким мог бы быть Москвич, если бы обстоятельства сложились иначе.
Итог: поздно, но достойно
Москвич-2141 "Святогор" - это не провал, как любят говорить. Это несбывшийся шанс.
Автомобиль, который был лучше, чем принято считать.
Автомобиль, в который вложили максимум возможного для того кризисного времени.
Автомобиль, который оказался умнее рынка, но слабее эпохи.
Он вышел тогда, когда уже никто не был готов ждать чуда от АЗЛК. А жаль - потому что именно здесь завод впервые попробовал сыграть по правилам большого автопрома. И сделал бы это куда убедительнее, появись "Святогор" на 10 лет раньше.
Переходите и подписывайтесь на мой ДЗЕН канал, буду рад вас видеть - dzen.ru/gladkov
