3я мотошкола была в 2х остановках поездки на трамвае от моей работы! Сев на трамвайчик и проехав эти 2 остановки я попал в подвальное помещение (-1 этаж многоуровнего гаражного комплекса) с крайне плохим освещением. Там меня встретил инструктор, показал свои мотоциклы (на тот момент группа из пяти человек у него проходила обучение) и рассказывая параллельно мне про мотошколу, он всегда давал напутствие своим ученикам «как и что делать». Честно говоря качество экипировки после школы Мосгортранса меня конечно огорчила, так же как и сама техника… Я задал инструктору один и очень важный для меня вопрос: «А сколько мне нужно занятий чтобы сдать на права?» )))) Получил ответ который меня немного конечно шокировал, но и так же поставил очееееень жирную точку в поиске мотошколы!!! Ответ звучал так: «Я не учу просто сдать на права! Я учу выживать на дороге!» Ну как вы понимаете, в итоге я остался в этой мотошколе проходить обучение!

Про мотошколы (опять же это мой субъективный взгляд)

1. Есть мотошколы которые учат ТОЛЬКО сдать на права.

2. Есть мотошколы в которых реально учат как выживать на дороге/

Мой совет таков…

Приехать посмотреть как обучают! Как правило -  если просто учат сдать на права, то группа людей катается по кругу выполняя стандартные задания для сдачи на права. И как правило инструктора не «ставят взгляд», как и не «ставят правильную посадку в седле», и так далее. Если в мотошколе учат более прогрессивному вождению (т.е. есть продвинутая группа), то данную школу советую взять на рассмотрение – так как после откатывания стандартных навыков для сдачи на права, Вы можете продолжить совершенствовать свои навыки!

П.с. Дальше наверное еще создам пару постов на тему "Первый мотоцикл" и "Выбор экипировки".

— Амиго! — крикнул один из них.

— Да, — сказал я и обернулся.

Один из них показывает рукой: «Иди сюда». Остальная компания шумно поддерживает его возгласами. Не долго думая, иду в их сторону. Мне так нужно чувство дружеской атмосферы. Особенно сейчас, в момент невыносимой боли и отчаяния. Они говорят что‑то на португальском, но я не понимаю и показываю руками:

— Сорри, не понимаю!

Один из них отвечает на ломаном английском и показывает рукой:

— Не проблема, присаживайся!

Я присел и почувствовал облегчение.

— Где твоя обувь? — сразу же спросил он.

— Да… — хотел было я что‑то придумать, но соврать не повернулся язык. Не в такой ситуации. — Подростки из фавелы напали с ножами. Я отдал им всё…

— О‑о‑о, — сказал байкер, повернулся и перевёл на португальский своим друзьям.

Компания оживилась. Все начали активно что‑то обсуждать и жестикулировать руками. Один из них снял свои ботинки и поставил передо мной.

— Бери, — сказал тот, что немного говорил по‑английски. — У него есть запасная обувь.

Что‑то ёкнуло у меня в груди. На глазах навернулись слёзы…

— Спасибо, — сказал я, искренне смотря в глаза. — Мне бы ещё телефон, чтобы позвонить…

— Не проблема, дружище, — сказал мой новый друг и протянул свою мобилу.

— Слушай, мне ещё нужна карточка, — сказал я, беря в руки его телефон. — Можно перевести на неё деньги?

— Да не вопрос!

Я взял карту в руки. Мысли тут же закрутились в голове. Кто мне может помочь… Звонить домой опасно. Телефоны друзей я не помню. Вика! Я помню её телефон наизусть. Недолго думая, набрал её номер и нажал на кнопку вызова. Пошли длинные гудки. Вдруг, прекратились.

— Вика? — спросил я дрожащим голосом.

Она узнала меня по одному единственному слову. Её переполняли эмоции. Тут же посыпались вопросы. Я лишь кивал и соглашался. По моим глазам текли слёзы…

— Знаю, солнышко, знаю всё! Меня подставили! Страшно подставили! — ответил я, чтобы как‑то поддержать разговор.

Она спрашивала меня где я и что со мной случилось.

— Вика, мне нужна помощь. Отчаянно нужны деньги. Хотя бы на билет в безопасное место и еду… Я как загнанный зверь, — сказал я и закрыл глаза.

Далее могло последовать что угодно от презрительного смеха до унизительных шуточек, но она неожиданно начала всхлипывать и призналась мне в любви.

— И я тебя люблю, Вика, — сразу же ответил я. — Больше жизни! Больше всего на свете. Эти недели в аду… Только мысли о тебе меня и держали. Ты моя единственная любовь.

Она начала рассказывать мне про депортацию и мой цифровой двойник, но всё это я уже знал. Мы разговаривали, а у меня в голове вертелась одна‑единственная мысль: «Вышлет ли она мне денег?» Тут вдруг она сказала, что у неё есть деньги и что готова выслать, потому что моя жизнь важнее. Я быстро продиктовал ей реквизиты карты. Руки тряслись.

— Ты спасла меня и нашу любовь, — искренне ответил я ей. — Свяжусь с тобой как только буду в безопасности. Я люблю тебя. Ценю больше жизни. Береги себя. До связи!

После того как я положил трубку, сразу же тихо разрыдался. Боль, отчаяние и любовь смешались воедино. Такое искреннее самопожертвование от неё, мгновенный отклик и безграничное доверие… Я ведь понимал, что звоню с незнакомого телефона, даю непонятно какой номер карты, и она, несмотря ни на что, готова помочь и отдать свои последние деньги. Байкеры, наблюдавшие за мной, притихли.

— Всё нормально? — спросил один из них.

— Да, — ответил я и сразу же спросил где тут можно обналичить деньги или перевести их в криптовалюту.

Байкер взял телефон и карту, зашёл в свой интернет банк в телефоне и сказал, что поступил перевод на миллион рублей. Это было немного, но могло помочь на первое время.

— Пойдём, — сказал байкер.

Я натянул байкерские ботинки. Они были на два размера больше. Непривычно.

— Вот тебе ещё плащ и косуха, — сказал его друг, протягивая мне одежду.

Надев всё, что мне дали друзья байкеры, я почувствовал себя как‑то увереннее. Марио не задавал лишних вопросов. Так звали байкера, который помог мне с телефоном. Через час мы сидели в кондиционированной прохладе крошечного интернет кафе, пропахшего старым кофе. Мы нашли обменник с сомнительной репутацией, но работающий. Сначала он сделал перевод на электронный кошелёк, потом была серия прыжков по кошелькам прокладкам, и вот я получил монеты, не привязанные ни к имени, ни к стране.

Далее, я купил карту на вымышленное имя за крипту. Всё получилось. Сердце билось в надежде что всё можно исправить. Я открыл сайт авиакомпании, вбил свои данные на завтрашний рейс в Мадрид. Пальцы, скользившие по грязному тачпаду, дрожали. Ввёл данные карты. Подтвердил. Красное окно: «Отказано в регистрации».

Сначала была мысль, что дело в карте. Попробовал купить что-то в интернет и транзакция прошла без проблем. Попробовал другой рейс и другой аэропорт, Лиссабон, Париж, Буэнос‑Айрес и получил красное окно. Опять и опять! Дыхание перехватило. Я перестал дышать, сидел и смотрел на мерцающий экран, где одна за другой всплывали ошибки.

«Нексус» не просто охотился за мной, а построил вокруг меня клетку, простирающуюся через все границы. Или, это спецслужбы? А может, просто карта не проходит? Я вышел из интернет кафе.

— Спасибо, — сказал я Марио, который ждал меня снаружи. Это слово прозвучало неестественно громко. — Я никогда не забуду твою помощь!

— Пойдём, отметим! — хлопнул он меня дружески по плечу.

Мы вернулись к шумной компании на пляже. Вечеринка была в самом разгаре. Мои новые ботинки шлёпали по тротуару, но я уже почти перестал обращать на это внимание.

— Ну что, финансист! — Марио поднял бутылку.

Его товарищи, такие же бородатые и татуированные, одобрительно загудели.

— Деньги отмыли как надо. Не отследить! Теперь у тебя всё будет чико! — добавил он.

— Братан, ты должен воспрять из пепла, как птица Феникс! — добавил Марио с улыбкой на лице.

— Феникс? — спросил я. — Как поэтично!

— Да!

Я сел на песок и взял протянутую бутылку.

— За мной охотится… нейросеть, — сказал я и решил рассказать всё как есть своим новым друзьям. — Точнее, моя цифровая копия в виде искусственного интеллекта. Они не просто следят за мной, а хотят уничтожить.

Марио перевёл остальным на португальский. Возникла пауза. Байкеры переглянулись.

— Копия? Как дубль? — спросил один, по кличке Жуан, почёсывая бороду.

— Да! Дубль, который видит все мои шаги. Все действия… они уже предрешены.

Марио долго смотрел на меня, потом хмыкнул.

— Предрешены? Не верю. Человека так просто не просчитать. Особенно, если он не европеец.

Я уставился на него.

— Серьёзно? Нейросеть обрабатывает триллионы данных в секунду. Всё можно смоделировать и предсказать. Что я буду дальше делать и какие шаги предпринимать. Всё это известно.

— Да ну, нафиг, — отмахнулся Жуан. — Вот взять индийца, например. Имел я с ними дело, когда рейсом в Дели возил запчасти. Совершенно непредсказуемые люди!

Марио оживился, его глаза блеснули.

— О, это да! Ты договариваешься с ним об одном, а он в последнюю секунду делает всё наоборот, потому что ему корова дорогу перешла или астролог плохой день назначил! Никакой твой искусственный интеллект этого не просчитает. Полная хаотичность!

— Но я не индиец, — с горькой усмешкой заметил я. — Европеец. Прямолинейный. Предсказуемый. Действующий по логике, а логика — это его родная стихия.

Марио придвинулся ближе и его лицо стало серьёзным.

— Значит, нужно стать непредсказуемым будто индиец. Перестань быть собой. Выбрось свою логику в мусор. Если хочешь попасть в Индию, то иди в порт и спрячься в трюме грузового судна. Думаешь, нейросеть это просчитает?

— Хм, возможно и нет, — ведь эту идею подбросил мне ты.

— Отлично! Значит, это правильный ход! — Марио ударил ладонью по колену. — Он просчитывает тебя, европейца, а нам нужно быстренько эволюционировать в индийца, который поступает абсурдно.

Они засмеялись. Для них это была детская игра, а для меня вопрос выживания. Я смотрел на их смеющиеся лица. Они не понимали масштаба угрозы, но их простая идея висела в воздухе, словно единственная соломинка.

— Стать сумасшедшим, чтобы обмануть машину? — тихо спросил я.

— Не сумасшедшим, — поправил Марио, и в его глазах мелькнула странная мудрость. — Свободным. Машина работает по правилам. Сломай правила. Стань хаосом.

Я откинулся назад, глядя в небо. «Нексус» просчитывал миллиарды вероятностей. Возможно, он уже оценил и этот вариант. Это было настолько глупо, что впервые за долгое время уголки моих губ дрогнули. Это была не улыбка, а нечто больше похожее на оскал загнанного зверя, который только что нашёл лазейку.

Мы тусили всю ночь на пляже Копакабаны. К утру, когда первые рыбаки уже вытаскивали сети, а небо на востоке стало сизым, я принял окончательное решение ехать в Индию. Порт встретил меня не пафосом круизных лайнеров, а грязными причалами, вонью мазута, рыбы и ржавчины. Грузовое судно «Санта‑Мария» под либерийским флагом, направлялось в Мумбаи с заходом в Гоа. Оно походило на плавучий сарай, но мне было всё равно.

Капитан выслушал мою сбивчивую историю про «желание поработать за проезд», даже не глядя в мой паспорт. Он был грузным мужчиной с уставшим лицом и глазами пирата. Ему не хватало только попугая на плече…

— Нет мест, — буркнул он, отворачиваясь.

Отказ прозвучал болезненно, словно хлопок последней двери. Отступать было некуда. И тут из тени люка высунулась голова в заляпанной жиром бандане.

— Эй, капитан! — крикнул голос. — Этот хочет куда‑то смыться? Пусть идёт к Карлушу на камбуз. Тот парень с Мальты сошёл в Рио, и теперь Карлуш рвёт и мечет один. Ему хоть козла на мясорубку поставь... Будет рад и этому!

Капитан обернулся, раздражённо посмотрел на меня, а потом на корабль. Взвесил слова своего кока против цены лишнего рта, который всё же может держать нож.

— Работа помощника повара устроит? Спать будешь в трюме с остальной обслугой. Работа бесплатно, за объедки. До Гоа. Если согласен, то поднимайся, если нет — то проваливай!

Других вариантов не было. Вообще. Это был не выбор, а капитуляция на новых условиях.

— Согласен, — сказал я, и мои слова прозвучали как щелчок замка.

Меня провели по шаткому трапу. Пахнуло удушливым коктейлем из старого растительного масла, тушёной фасоли, пота и металла. Карлуш, огромный, лоснящийся от жира и злости португалец, ткнул меня грязным пальцем в грудь:

— Резать умеешь? Только не ври!

— Ну да, — ответил я, и он сразу же сунул мне в руки тупой нож с мешком грязного лука. — Если что, научусь!

Через два часа «Санта‑Мария» отдала швартовый и медленно поползла в сторону открытого океана. Я стоял у грязной раковины с невымытыми луковыми слезами на щеках и смотрел в иллюминатор. Золотые башни и зелёные горы Рио медленно уплывали в прошлое, превращаясь в картинку на открытке.

Не было ни облегчения, ни страха. Давила оглушающая пустота. Я плыл в Индию, где меня не мог просчитать никакой искусственный интеллект. Корабль накренился на первой океанской волне. Под ногами закачалось. Меня тут же стошнило в раковину с луковой шелухой. Карлуш захохотал. Путешествие началось.

***

Прошло двадцать три дня между небом и водой, в металлическом чреве, которое отдавало вечно тушёной фасолью, дешёвым маслом и фекалиями. Океан отнюдь не романтическая синева с дельфинами, а гигантская живая масса, которая качала «Санта‑Марию» словно пушинку. Мой вестибулярный аппарат взбунтовался с первого же дня.

Морская болезнь — это не просто тошнота, а полный крах разума над телом. Ты не хочешь и не думаешь, а просто существуешь на уровне рефлексов. Первые три дня я был уверен, что умру, лёжа в углу тесного прокуренного кубрика, где храпели механик румын и два филиппинских матроса. Я молился о двух вещах, чтобы либо корабль остановился, либо чтобы умер поскорее. Карлуш лишь хрипло смеялся, тыча в меня веником:

— Эй, финансист! Вставай! Лук резать надо! Море лечит!

Океан испытывал меня каждый день. Это был настоящий вызов. Я научился передвигаться по коридорам словно краб, цепляясь за каждый выступ в предчувствии крена. Довольно скоро я открыл для себя «точку невозврата» и если утром не съедал сухарь, пока мы были ещё в относительно спокойных водах у берега, потом было поздно. Этот сухарь стал моим священным ритуалом и символом выживания.

Быт на судне как будто бы застыл во времени. Каждый день была одна и та же еда. Фасоль, опять фасоль, макароны с непонятным мясом. Один раз в неделю мы ели жёсткий бифштекс, похожий на подошву обуви. Каждый день одна и та же работа. Подъём в пять утра. Помощь Карлушу, чистка гор картофеля, луковиц, мытьё кастрюль, в которых можно было выкупать ребёнка. После этого шло мытьё палубы или помощь в трюме. Это была рутина, от которой мозг просто отключался, чтобы не сойти с ума. Я концентрировался на том, чтобы не отрубить себе палец тупым ножом или не упасть с лестницы во время шторма.

Юмор на корабле был чернее некуда. Матросы смеялись над моей «походкой пингвина». Карлуш, узнав, чем я занимался, теперь требовал «финансового прогноза» на погоду или «инвестиционного анализа» порции супа.

— Слушай, банкир, — орал он, помешивая адское варево, — если я добавлю ещё одну банку томатов, это вызовет инфляцию вкуса или девальвацию мяса?

Бледный от тошноты, я цеплялся за стол, пытаясь выдавить улыбку. Какие были развлечения на корабле? Их было немного, но они ценились на вес золота. Книга, которую кто‑то оставил в кубрике, была зачитана до дыр. Её единственной сюжетной линией был побег. Это именно то, что интересовало всех на этом корабле. Радио, ловившее через помехи какую‑то бразильскую музыку глубокой ночью, напоминало о покинутом материке.

Чем больше я узнавал персонал корабля, тем больше поражался. Вся эта братия, от капитана до юнги, была здесь, потому что сбегала от чего‑то в своей жизни. Кто‑то бежал от закона, другие скрывались от семьи, третьи защищались от себя. За бутылкой рома в каком‑нибудь портовом баре эти истории лились рекой. Я слушал и понимал, что мой «цифровой демон» для них звучал бы словно сказка для сумасшедших. Их демоны были куда более серьёзными.

Через неделю я перестал блевать, а через две мог стоять на палубе во время волнений. Я ставил ноги широко и смотрел на горизонт, где небо сливалось с водой в сплошной серой бесконечности. Мои руки покрылись мелкими порезами и запахом лука, который не отмывался. Мысли, некогда летавшие со скоростью света, теперь медленно и лениво крутились вокруг одной мысли как прожить день до вечера. В этом было какое‑то своего рода очищение. Я не стал моряком, но приспособился к постоянному движению.

На двадцать третий день нашего путешествия воздух изменился. В нём появился запах земли, грязи, растительности и чего‑то пряного. На рассвете мы увидели берег. Это были не драматические скалы, а плоская, зелёная полоска земли. Потом появились лодки, запах древесного угля и специй. «Санта‑Мария» со скрипом и рёвом заняла место у причала в порту Мормугао, штата Гоа.

Нас встретил шум, гам, крики на непонятном языке и ослепительное, почти белое солнце, бившее в глаза после долгого морского полусвета. Я стоял на палубе в вонючей одежде с котомкой в руках. В ней лежали все мои скромные пожитки. Море больше не качалось под ногами, но мир всё равно плыл перед глазами. Я ступил на землю и понял, что прибыл в Индию и выжил для того, чтобы продолжить бегство. Это было лишь самое начало моего длинного пути.

Продолжение в книге "Феникс", Романофф Дмитрий

• Сезон показал, что первоначальные навыки на момент открытия сезона довольно низкие.

• Посещение тренировок по мотоджимхане помогло существенно увеличить уровень пользования техникой и уверенность в управлении (всем очень рекомендую, особенно новичкам)

• Сильный некомфорт перемещения даже при маленьком дожде - промокание одежды, запотевание шлема

• Мотоцикл приемлемо показывает себя в задаче передвижения по городу, особенно в часы пиковой нагрузки на дороги, прекрасно помогает прошивать пробки. При этом существенно не хватает мощности. Особенно сильно это ощущается за городом. Для комфортного движения помимо двигателя не хватает также массы мотоцикла - воздушный поток от встречных фур заметно сдвигает его.

Принятое решение

• Открыть и продолжить сезон 2026 на имеющейся технике

• Максимально сосредоточиться на оттачивании навыков управления а не на тусовках с другими двухколесными

• Деньги вложить прежде всего в значительное улучшение экипировки
  
  Реализация планов на текущий момент
  

• Закуплена большая часть необходимых запчастей для обслуживания моего коня (само обслуживание начну когда на улице будет +, т.к. гараж где он хранится неотапливаемый)

• Приобретен качественный шлем интеграл LS2. Также куплен и установлен пинлок на него

• Приобретен шлем модуляр для двойки

• Приобретена качественная мотокуртка с защитой

• Приобретены хорошие мотоботы (которые позволяют и хоть немного ходить в них, а не только ездить)

• Приобретены средненькие мотоджинсы с защитой

• Приобретены средненькие перчатки (при покупке хороших перейдут двойке)

• Приобретен мотодождевик - комбинезон в размере, который позволяет его надеть поверх всего экипа

• Приобретены мотобахилы дождевые, размером на мотоботы
  
  Дальнейшие планы до начала мотосезона
  

• Докупить качественные мотоштаны (жду свой размер. как ни захожу в магазин так моего размера либо уже нет либо еще нет)

• Докупить качественные длинные кожаные перчатки

• Обслужить мотоцикл

• Возможно приобретение черепахи. Пока думаю над ее необходимостью.

А кто какое развитие выбрал для себя? Быть может стоило забить на большинство покупок, купить какую-нибудь убитую сибиху и кататься на тусовки в мототапках, мотошортах и мотомайке? :)