Берлин: Девять дней без воды: «Хуже, чем в конце ГДР»
В 14-этажном доме на Грайфсвальдер-штрассе уже несколько дней нет воды. Сабине Ланге, 81 год, живет на седьмом этаже. Теперь ее повседневная жизнь вращается вокруг водопроводного крана в мусорной комнате.
Сабине Ланге живет в этом доме с 1977 года: она чувствует себя брошенной управляющей компанией.
С 13 января в 14-этажном жилом доме на Грайфсвальдер-штрассе нет воды. Это означает: во всех пострадавших квартирах из крана не течет ни капли, также не работает смыв унитаза. Всего от перебоев с водоснабжением пострадали 168 квартир, как подтвердила Gewobag (один из крупнейших муниципальных жилищных предприятий в Германии, принадлежащий федеральной земле Берлин) по запросу.
С тех пор этот сбой определяет день Сабины Ланге. Пять-шесть раз она спускается с седьмого этажа, таща за собой сумку на колесиках, в которой гремят пустые пластиковые бутылки. Её цель — вонючая мусорная комната, где путь часто преграждают тяжелые баки для отходов. Именно здесь, за мусорными контейнерами, находится единственная точка водоснабжения для всего дома. «Это унизительно», — говорит об этом Сабина Ланге.
Брошенные Gewobag на произвол судьбы
Кроме того, для пожилой женщины со второй степенью ухода (значительное ограничение самостоятельности) это огромная физическая нагрузка, тем более что ей приходится ежедневно пробиваться через три тяжелые железные двери во внутренний двор. Но что еще хуже: Сабина Ланге использует воду теперь только для туалета и умывания, поскольку местное управление здравоохранения по ее запросу не рекомендовало пить ее.
Особенно остро: хотя ведомство уже сообщило об этом принадлежащей федеральной земле компании Gewobag во вторник, арендаторы не были проинформированы об этом, по словам Ланге. Теперь она покупает питьевую воду в супермаркете.
По словам Сабины Ланге, единственная информация от Gewobag — это объявление от 13 января. В нём говорится: «Из-за повреждения водопровода подача воды в здание была перекрыта, чтобы остановить сильную течь в районе подъезда. (...) Как только причина будет найдена, мы немедленно приступим к ремонтным работам». И, наконец: «Точка забора воды доступна для вас в помещении для сбора отходов». Не говоря уже о том, что под «помещением для сбора отходов» подразумевается вонючая мусорная комната — Сабина Ланге даже называет её «свинарником», — в записке также нет ни слова о том, что эта вода не является питьевой.
Таскание воды со второй степенью ухода
Повседневная жизнь 81-летней женщины полностью изменилась из-за перебоя. Сабина Ланге в принципе в хорошей форме, но без воды ничто не работает как обычно. Сначала она отменила службу сиделок. «Что они здесь будут делать без воды?» — спрашивает она. «Они ведь даже в туалет сходить не смогут».
Теперь помощник по уходу частично помогает ей носить воду. Каждые три дня Сабина Ланге ходит в парикмахерскую, чтобы вымыть и высушить волосы — стоимость: 50 евро. Готовить тоже невозможно. Увлеченная кулинарка теперь получает доставку от своих детей или от компании Bofrost, либо ходит в ресторан.
Ланге выглядит очень ухоженно, её внешность для неё важна. На нашей встрече она надела шелковую блузку к светлым брюкам из ткани. То, что сегодня на ней именно шелк, она объясняет практично: простые белые вещи все использованны, а черный цвет не подходит к верхней одежде.
Она проводит экскурсию по своей квартире, в которой живёт с момента первого заселения в 1977 году. Ковровое покрытие, глянцевые деревянные шкафы в гостиной, спальня полностью выдержана в зелёных тонах. После объединения Германии Сабина Ланге работала в финансовом управлении Свободного университета. До этого она какое-то время жила в Париже, где её муж работал дипломатом от ГДР.
Жильцам дома приходится ходить за водой в мусорную комнату.
Она живёт в этом доме со времён ГДР
Сабина Ланге описывает себя как «боевой тип» и верит в дипломатию. Однако текущая ситуация заставляет её опускать руки: «Меня никто не воспринимает всерьёз», — говорит она. От властей она также хотела бы большей ответственности, от арендодателя — хотя бы общения. «Ведь невозможно даже планировать. Было это объявление, и больше ничего».
Поэтому она также не решалась говорить с прессой. Она не хочет «ударить кого-либо в спину». Но одна соседка, мать-одиночка с ребёнком, в конце концов в отчаянии обратилась в «Берлинер Цайтунг». Потому что никто в доме не может никого дозваться в Gewobag.
Сам дом представляет собой двойственную картину, как снова и снова подчёркивает Сабина Ланге. В то время как подъезд и фасад выглядят запущенными, штукатурка облупилась, а грязь её раздражает — уборка отдана субподрядчикам, дворник болен — сами квартиры она просто восхваляет. «Квартиры замечательные», — говорит она несколько раз. Тем не менее, ситуация уже давно напряжённая. В прошлом месяце отключалось отопление, что уже приводило к снижению арендной платы.
«Такое ощущение, как в конце существования ГДР»
Но Сабина Ланге любит этот дом, свою «вертикальную деревню». Она снова и снова подчёркивает, какое замечательное здесь сообщество жильцов. «Даже молодые, которые приезжают отовсюду, так открыты, они очень быстро здесь вписываются». Взаимовыручка важна для неё. У неё есть Золотая карта волонтёра, всю жизнь она много помогала, отдавала что-то обществу. «Но когда сам нуждаешься в помощи, тебе никто не помогает».
Учитывая состояние дома и текущую ситуацию, Ланге проводит горькую параллель: «Такое чувство, как в конце ГДР. Всё приходило в упадок. Никто больше не заботился, а конец вам известен». Для неё нынешняя ситуация даже «хуже, чем в конце ГДР». Она коренная берлинка, «телом и душой», как она говорит. То, что город так запускают, причиняет ей боль.
«Я первая арендаторка, и я хочу умереть здесь же», — подчеркивает она. Но если водоснабжение не изменится, в выходные ей придётся переехать в отель. «Здесь ведь дичаешь», — говорит она.
На запрос «Берлинер Цайтунг» компания ответила незадолго до закрытия номера: причиной перебоя стал «лопнувший пластиковый трубопровод в межэтажном перекрытии в районе подъезда», ремонт которого теперь назначен на 26 января. До этого времени Gewobag указывает на «аварийную точку забора воды» в мусорной комнате, где жильцы могут брать воду для кипячения или смыва в туалете; альтернативной точки забора в доме в настоящее время нет, возможность её переноса изучается.
Компания подчеркнула, что арендаторы могут покупать питьевую воду, и «расходы будут возмещены». С мнением, что до них невозможно дозвониться, в Gewobag не согласились: на месте работают «два домработника».
Автор - Валентин Вёльфльмайер
Перевод с немецкого языка.
Скриншоты оригинала:
