Город Припять, основанный в 1970 году как город‑спутник Чернобыльской АЭС, до аварии был образцовым советским населённым пунктом с населением около 47 500 человек. Здесь жили в основном работники станции и их семьи; город отличался современной застройкой, развитой инфраструктурой и перспективой роста — проектная численность составляла 75–85 тысяч жителей.

26 апреля 1986 года на четвёртом энергоблоке ЧАЭС произошёл взрыв, приведший к крупнейшей в истории атомной энергетики аварии. Радиоактивные выбросы сделали территорию опасной для жизни. Эвакуация жителей началась лишь через 36 часов — 27 апреля в 13:10 по местному радио объявили о необходимости покинуть город. К 17:00 того же дня Припять опустела: людей вывезли на 1225 автобусах и 250 грузовиках.

После эвакуации Припять оказалась в зоне отчуждения радиусом 30 км. Проводились работы по дезактивации, но радиоактивные вещества (цезий‑137, стронций‑90, плутоний и др.) прочно проникли в почву, здания и растительность. Особенно пострадал так называемый Рыжий лес к югу от города, который впоследствии снесли. Со временем здания стали ветшать и разрушаться; к этому добавились набеги мародёров, вывозивших металл, бытовую технику и даже элементы отделки.

Сегодня Припять — город‑призрак в Чернобыльской зоне отчуждения. В нём нет постоянных жителей (кроме редких самосёлов, в основном пожилых людей, вернувшихся вопреки запретам). Территория находится под контролем Администрации зоны отчуждения, а доступ разрешён лишь организованным экскурсионным группам — самостоятельные посещения запрещены. Во время туров туристы видят заброшенные дома, школу, больницу, дворец культуры «Энергетик» и недостроенный парк аттракционов с колесом обозрения, которое так и не запустили.

Уровень радиации в большинстве мест снизился, но остаётся неравномерным: в некоторых зданиях (например, в медсанчасти № 126) и в локальных «пятнах» фон всё ещё повышен. Поднятая ветром радиоактивная пыль может представлять опасность.

Когда можно будет вернуться? Оценки разнятся. По мнению бывшего главы украинского Минприроды Романа Абрамовского, 30‑километровая зона отчуждения станет пригодной для проживания через 50–60 лет — за это время активность большинства радионуклидов существенно снизится. При этом десятикилометровая зона вокруг АЭС, скорее всего, останется непригодной для жизни навсегда. Некоторые учёные считают, что уже сейчас в ряде локаций уровень радиации не превышает среднегородской, однако риски, связанные с пылью и накопленными в почве изотопами, сохраняются.

Таким образом, Припять остаётся одновременно и памятником техногенной катастрофы, и полигоном для изучения долгосрочных последствий радиационного загрязнения. Её будущее пока неопределённо: скорее всего, в обозримой перспективе город сохранит статус заброшенного объекта, привлекающего исследователей и туристов, но не жителей.

Однако Президент призвал не сетовать на природу, а действовать:

Глава государства отметил, что недавно председатель Гомельского облисполкома Иван Крупко предлагал вернуться к советской системе Днепровско-Бугских каналов. Конечно, это требует немалых затрат. Поэтому Президент считает необходимым посоветоваться со специалистами, старожилами, людьми, которые прониклись этой идеей:

— И если надо этим путем идти, это окупится и принесет результат Гомельской области — перекрестимся с тобой и начнем делать. Поэтому надо довести всё до ума. Не то, что где-то идею услышали хорошую и бабахнули. Надо понимать, есть у нас деньги или нет, даст результат или нет. Если даст, будем искать деньги. От земли надо идти. Все эти природные вызовы требуют новых комплексных и системных решений, возможно, крупных инфраструктурных проектов. Мы не до конца загубили этот задел (систему Днепровско-Бугских каналов. — Прим. ред.). И сегодня, когда нужна влага на полях, он может сильно пригодиться. Но еще раз говорю: мы не должны идти вслепую. Надо серьезнейшим образом этот вопрос проработать. Подумайте над формулой цены вопроса.

Лукашенко — это традиция. И, согласно давнему трудовому почину наших предков, перед замечательным днём 7 ноября народу делаются подарки. Но это не «вертолётные деньги», не грязные «чёрные пятницы», когда некоторые, безмозглые, давятся в кабинках примерочных, как селёдки в бочке, не халявные выигрыши в казино, а подарки, добытые потом и горбом, концентрацией государственной воли. И сегодня так и произошло: Батька открыл мост через Припять.

Сколько же мостов взорвали за последние годы, сколько заминировали, сколько уничтожили жилья, сколько растяжек повесили! Всё — во вражде, смуте, крови, убийствах. Возводят заборы, протягивают колючку, наводят прицелы. А Лукашенко открывает мост.

Он признался, что не хотел делать это торжественно, чтобы не дразнить украинцев. Как он чувствует славянскую трагедию — это его личная боль: братоубийство, разруха, горе людей. Но он специально приехал, чтобы открыть мост и пригласить страждущих сюда. И Беларусь готова поделиться: наше образование, наше здравоохранение — это будет и ваше. Приходите, пользуйтесь, берите, дружите, любите, созидайте вместе с нами. Это та самая мягкая сила, сила любви.

Лукашенко — это развитие. Нас хотели затолкать в прокрустово ложе националистического, вышиваночно-олигархического прозябания. Когда возводятся банки и «сити», элитные кварталы в столице, а глубинка хиреет, нищает, поля зарастают, дороги разваливаются, и одинокие старушки хоронят спившихся дедушек. Мы не стали делать так. У нас — стройка, заводы, фабрики, колхозы, земля только государственная, мы не отдаём её в лапы корпораций, боремся с ними, не дадим её торгашам и спекулянтам. Мы — наследники социалистических побед, продолжение великой народной мечты, мы не позволим это у нас украсть.

Лукашенко — это будущее. Он не заболачивает границы, а думает о мелиорации, чтобы ещё и ещё были у нас плодородные земли. Чтобы «люди на болоте» отвоевали у природы свой хлеб, своё жито, своё зерно, своё добро. И ни один бизнес, малый или до неприличия раздувшийся, не возьмётся за такое никогда. Ему это не интересно — ему нужна рента, прибыль, бабки, гешефтик. А нам нужно будущее. Поэтому в нашей стране — Государство не «ночной сторож» при коммерсах, а главная движущая сила, организатор и агитатор, Альфа и Омега, основа и Столп. Александрийский Столп.

Лукашенко — это свобода. Он рвёт цепи капиталистического рабства. Он, вопреки всем навязанным правилам и законам, заставляет экономику работать так, как надо ему. Плевать он хотел на инерцию, на всемирное тяготение к МВФ, Всемирному банку, нефтевалютным жрецам. Он направляет экономические процессы туда, куда нужно народу. Он хозяин, он суверен. И ему подчиняется здесь всё — природа и время, пространство и стихия. Против него — инерция, тупость, леность, обывательская посредственность, что сидит в каждом из нас. Но раз за разом, год за годом, победа — за Лукашенко.

Батька — это мост. Мост между тремя славянскими народами. И однажды мы все придём друг к другу, обнимемся, поцелуемся и скажем: никогда больше не допустим этой вражды. Мост между прошлым и настоящим. Он проложил его, и с того берега на нас смотрят великие государственные деятели, конструкторы, инженеры, космонавты, воины и партизаны, и благословляют нас. Лукашенко — это мост от нас в Царство Небесное, которое даётся лишь трудом и подвигом, но он всех нас туда зовёт.

Григорий Азарёнок