Не менее важным было отношение к технологиям. Ибн Сауд, хорошо понимавший значение средств связи и транспорта для управления огромной территорией, столкнулся с яростным сопротивлением догматиков из числа ихванов, видевших в телефоне, радио и автомобиле «дьявольские изобретения». Разрешение на их использование было получено лишь после религиозного вердикта, доказывавшего их «дозволенность» (например, чтения Корана по телефону). Эта борьба между прагматизмом центральной власти и косностью стала лейтмотивом всего периода.

Главным внутренним вызовом для Ибн Сауда стало восстание ихванов – того самого военно-религиозного братства, которое было создано им же для завоевания Аравии. Причины бунта были глубокими: ихваны чувствовали себя обделенными добычей от захвата Хиджаза. Их возмущала запретительная политика короля в отношении набегов (газу) на соседние Кувейт, Ирак и Трансиорданию, границы которых были зафиксированы при участии британцев (Укайрские соглашения 1922 г.). Для кочевников, чье верблюдоводство переживало кризис, это означало потерю основного источника дохода. Кроме того, ихванов раздражала терпимость Ибн Сауда к шиитам Эль-Хасы и его сотрудничество с «неверными» англичанами.

Восстание, вспыхнувшее в 1927 году, возглавили могущественные племенные вожди: Фейсал ад-Давиш (племя мутайр), Султан ибн Биджад (атайба) и Зайдан ибн Хисляйн (аджман). Однако движение не стало всеобщим – его не поддержали ключевые племена вроде аназа, что в итоге и спасло режим ибн Сауда.

Ибн Сауд проявил себя как искусный тактик. Сначала он попытался решить вопрос на общем собрании в Эр-Рияде в декабре 1928 года, где, инсценировав отречение, получил единодушную поддержку городского населения и части племен. Когда же восставшие, избегая прямой конфронтации с королем, начали нападать на иракские поселения, Ибн Сауд получил идеальный повод для военного подавления под предлогом защиты международных границ.

Решающая битва при Сибиле (или Эс-Сибале) в марте 1929 года закончилась разгромом повстанцев. Это было первое крупное сражение, в котором регулярные силы Ибн Сауда, использовавшие пулеметы и артиллерию, наголову разгромили конницу ихванов, полагавшуюся на традиционную тактику и фанатизм.

Ибн Сауд проявил политическую гибкость: тяжело раненного Фейсала ад-Давиша он помиловал и отправил к нему личного врача. Ибн Биджад сдался и умер в заключении. Окончательно сопротивление было сломлено к 1930 году, когда последние лидеры ихванов были доставлены к королю на британском самолете. Восстание, длившееся почти два года, было жестоко подавлено, а кочевые племена окончательно подчинены централизованной военно-бюрократической машине.

Пока Ибн Сауд боролся с ихванами, страну поразил целый ряд кризисов. Два года сильной засухи сильно ударили по скотоводству и сельскому хозяйству. Мировой экономический кризис 1929–1933 годов обрушил экспорт фиников, кожи и скота, а также катастрофически сократил число паломников в Хиджаз – главный источник доходов казны. В 1931 году число паломников упало до 40 000, что в разы меньше показателей предыдущих десятилетий.

Недовольство в Хиджазе, где местная знать тосковала по временам независимости, вылилось в создание за рубежом «Хиджазской либеральной партии», ставившей целью изгнание недждийцев. Ее активисты, пользуясь поддержкой короля Трансиордании Абдаллы, попытались поднять восстание в Асире в 1932 году, но оно было быстро подавлено.

Одновременно обострился пограничный конфликт с Йеменом из-за региона Асир. Имам Яхья, пользуясь внутренними трудностями Ибн Сауда, попытался аннексировать этот спорный район. В 1931–1932 годах на границе происходили вооруженные стычки, а местные идрисидские правители, лавируя между двумя центрами силы, нередко поднимали мятежи, находя убежище в Йемене

Преодолев внутренний мятеж, экономический коллапс и внешние угрозы, Абдул-Азиз ибн Сауд пришел к логическому завершению своего тридцатилетнего пути объединителя. 23 сентября 1932 года королевским указом № 2716 было объявлено об объединении всех подконтрольных территорий – королевств Неджда, Хиджаза и присоединенных областей (Асир, Эль-Хаса, Катиф) – в единое государство под названием Королевство Саудовская Аравия.

Это был не просто акт переименования. Это была финальная точка в процессе централизации, юридическое оформление новой реальности, где племенная раздробленность уступала место национальному государству. Абдул-Азиз, король Неджда и Хиджаза с 1926 года, стал королем Саудовской Аравии. Дата 23 сентября отныне отмечается как Национальный день страны.

Несмотря на официальное оформление Саудовского государства, его южные границы оставались предметом острого спора с Йеменом.

Кульминация наступила весной 1934 года. В апреле йеменские войска под командованием принца Ахмеда захватили оазис Наджран, что стало формальным поводом для начала полномасштабных боевых действий. Ибн Сауд решил нанести решительный удар.

Саудовская Аравия подошла к войне подготовленной. Полученный от американской компании «Стандард Ойл оф Калифорниа» заем позволил закупить современное оружие и сформировать первые регулярные подразделения. Кампания была стремительной: саудовские войска наступали двумя колоннами. Одна, под командованием эмира Сауда, двинулась в горы и заняла Наджран. Другая, ведомая эмиром Фейсалом, стремительным маршем прошла вдоль тихамского побережья и 2 мая 1934 года практически без боя взяла ключевой порт Ходейда.

Несмотря на впечатляющие успехи, Ибн Сауд проявил характерную для него политическую осторожность. Когда Фейсал запросил разрешения наступать на столицу Йемена Сану, король отказал. Этому решению способствовали несколько факторов: труднопроходимая горная местность, в которой саудовская армия не была готова эффективно действовать, а также быстрое вмешательство великих держав. К Ходейде подошли английские, французские и итальянские корабли; итальянцы, традиционно имевшие влияние в Йемене, даже высадили десант. Ибн Сауд, всегда учитывавший международную конъюнктуру, понял, что аннексия всего Йемена невозможна.

20 мая 1934 года в Таифе был подписан мирный договор, зафиксировавший победу Саудовской Аравии. Согласно его условиям, Йемен признавал суверенитет Саудовской Аравии над Асиром, Джизаном и Наджраном. Взамен Саудовская Аравия выводила войска из Ходейды и других занятых районов собственно Йемена. Этот договор, действующий по сей день, окончательно определил южную границу королевства.

Война 1934 года стала последней крупной внешней кампанией Ибн Сауда. Она продемонстрировала возросшую военную и финансовую мощь молодого государства, его способность отстаивать свои интересы на международной арене. Однако она же подтвердила стратегию короля-объединителя: он стремился не к безграничной экспансии, а к консолидации жизнеспособного и признанного на мировой арене национального государства. Границы, очерченные в Таифе, стали последним штрихом в геополитическом портрете современной Саудовской Аравии.

Если вам интересна история, особенно история колониализма и межвоенного периода, подписывайтесь на мой телеграм-канал - https://t.me/bald_man_stories

... ступнях!

(Подсмотрено в "Женские мемы" - добро пожаловать в наш клуб!)

Самый известный эпизод войны в Аравии – Великое арабское восстание, начавшееся в июне 1916 года. Его зачинщиком стал шериф Мекки Хусейн. Еще до войны он вступил в тайную переписку с британским верховным комиссаром в Египте сэром Генри Макмагоном. В обмен на начало восстания британцы намекнули на поддержку создания единого арабского государства под властью Хашимитов после войны.

Однако эти обещания были намеренно двусмысленными. Британцы стремились любой ценой вовлечь арабов в войну против Турции, но не собирались отказываться от своих имперских интересов, которые вскоре были закреплены в тайном соглашении Сайкса-Пико о разделе Османской империи.

10 июня 1916 года Хусейн провозгласил независимость арабов от Османов. Его сыновья, эмиры Али, Абдалла и Фейсал, возглавили повстанческие силы. Однако многие арабские офицеры и солдаты османской армии оставались лояльными султану-халифу вплоть до конца войны.

Тем временем на востоке полуострова разворачивалась не менее важные события, которые в долгосрочной перспективе определили судьбу региона. Британия, следуя своей традиционной политике сталкивания местных лидеров, сделала ставку не только на Хашимитов, но и на их извечного противника – эмира Неджда Абдул-Азиза ибн Сауда.

Британцы, через своего политического агента капитана Уильяма Шекспира (погибшего в стычке с Рашидидами в 1915 году), а затем полковника Гарольда Диксона, снабжали Ибн Сауда деньгами и оружием. Его войска ихванов, движимые религиозным рвением, вели ожесточенную войну против эмирата Джебель-Шаммар со столицей в Хаиле во главе с кланом Рашидидов, которых поддерживали и субсидировали турки и немцы.

Ключевым событием этой "теневой войны" стало сражение при Кинзане (май 1915 года), где люди Ибн Сауда потерпели серьезное поражение от Рашидидов. Однако это не сломило его. Получая от британцев 5000 фунтов стерлингов в месяц (по договору от декабря 1915 года), он постепенно восстанавливал силы. К 1918 году его войска нанесли ряд сокрушительных поражений Рашидидам, ослабив проосманский форпост в сердце Аравии. Эта борьба позволила Ибн Сауду укрепить свою власть и заложить основу для будущего завоевания всего полуострова.

К октябрю 1918 года, когда Османская империя капитулировала, карта Аравии претерпела необратимые изменения. Распад Османской империи создал гигантский геополитический вакуум. На смену старому порядку пришла ожесточенная борьба за объединение, ключевой фигурой в которой стал Абдель Азиз ибн Сауд.

К 1920 году на политической карте Аравии существовало несколько ключевых образований. На западе располагалось Королевство Хиджаз под властью шерифа Хусейна ибн Али, провозгласившего себя «королем арабов» и мечтавшего о едином арабском государстве под своим началом. Его главным соперником был Абдель Азиз ибн Сауд, правитель Неджда, опиравшийся на военно-религиозное движение ихванов (братьев) и ставивший своей целью объединение центральной Аравии под знаменем ваххабизма. На востоке, вдоль побережья Персидского залива, закреплялись британцы, установившие протектораты над рядом княжеств (Кувейт, Бахрейн, Катар, Договорный Оман) и оказывавшие значительное влияние на дела региона.

Период 1920-х годов отметился серией военных конфликтов между Недждом и Хиджазом, получивших название Саудовско-хашимитских войн. Переломным моментом первой войны стала битва при Турабе в мае 1919 года, где ихваны наголову разгромили хиджазскую армию. Хотя прямое наступление на Мекку тогда не состоялось из-за дипломатического давления Великобритании, это сражение показало подавляющее военное превосходство сил Ибн Сауда.

Одновременно с этим разгорелся конфликт между Недждом и Кувейтом. Причиной стали территориальные споры - зона между Кувейтом и Недждом, особенно районы вокруг Аль-Джахры и на юге, была населена кочевыми племенами (ажда, мутайр), лояльность которых оспаривалась обеими сторонами. Ибн Сауд рассматривал эти территории как историческую часть Неджда, в то время как Кувейт считал их своей периферией.

Огромную роль в разжигании конфликта сыграли ихваны. Со своей пуританской идеологией, ихваны видели в жителях Кувейта, поддерживавших отношения с «неверными»-британцами, отступников. Их воинственный энтузиазм и потребность в новых завоеваниях создавали постоянное давление на северные границы.

Конфликт начался в 1919 году с серии набегов ихванов на племена, лояльные Кувейту, в приграничной зоне. Шейх Салим аль-Мубарак, занявший жесткую анти-саудовскую позицию, отвечал контрударами. Ситуация постепенно накалялась.

Кульминацией войны стала Битва при Аль-Джахре 10 октября 1920 г. Крупные силы ихванов под командованием Фейсала ад-Давиша из племени мутайр осадили кувейтский форт Аль-Джахра, расположенный в стратегически важном пункте к западу от города Кувейт.

Согласно кувейтским источникам и британским донесениям, кувейтские силы под командованием шейха Салима значительно уступали ихванам в численности. Ключевую роль в обороне сыграли добровольцы из городского населения и применение современной артиллерии. Однако решающим фактором стало прибытие британской военной поддержки: Королевский военно-морской флот обстрелял фланги наступавших ихванов с моря, а британская авиация провела демонстрационные полеты. Под угрозой прямого столкновения с Великобританией Фейсал ад-Давиш был вынужден отступить.

Поражение ихванов под Аль-Джахрой не привело к немедленному миру, но показало Ибн Сауду пределы его экспансии в зону британских интересов. Это привело к подписанию Укайрского протокола 2 декабря 1922 года. На состоявшейся конференции, под давлением британского представителя сэра Перси Кокса, были установлены постоянные границы между Недждом и Кувейтом. В результате Кувейт потерял около 2/3 своей территории, но его суверенитет над оставшимися землями был гарантирован Британией. Была создана Нейтральная зона к югу от Кувейта, где обе стороны имели равные права на кочевку и доступ к ресурсам.

Провал под Аль-Джахрой стал одним из первых серьезных поражений ихванов и продемонстрировал Ибн Сауду, что их неконтролируемая агрессия может привести к конфронтации с великими державами. Это заложило основу для будущего конфликта между эмиром и его военно-религиозными формированиями, который завершился их разгромом в 1929-1930 гг.

Между тем, в течениее первой половины 20-х годов Ибн Сауд методично изолировал Хиджаз. В 1921 году он окончательно подчинил горный эмират Джебель-Шаммар, ликвидировав вековых соперников Саудитов — династию Рашиди. Затем его войска заняли северные оазисы, отрезав Хиджаз от трансиорданских владений сына Хусейна, правителя Хиджаза, Абдаллы.

К 1924 году, с отменой британских субсидий и растущей непопулярностью шерифа Хусейна, чаша весов окончательно склонилась в пользу Ибн Сауда. Воспользовавшись как поводом запретом для паломников из Неджа совершить хадж к святым местам в Хиджазе, Абдул-Азиз 29 августа 1924 года начал военную кампанию против Хиджаза, напав на Эт-Таиф, который сдался без серьезного сопротивления. После падения Эт-Таифа объединенные силы Саудитов и ихванов двинулись на Мекку. Хусейн обратился к британцам за помощью, но получил отказ под предлогом невмешательства в религиозные споры. После того, как Абдалла, тогда бывший эмиром Трансиордаии, отказал Хусейну в помощи, он бежал из Мекки в Джидду. 13 октября 1924 года Мекка пала без борьбы. Исламская конференция, состоявшейся в Эр-Рияде 29 октября 1924 года, признала Мекку владением Абдул-Азиза Аль Сауда.

Интересно, что правитель Хиджаза для борьбы с ваххабитами решил сформировать свои ВВС в состав которых вошли несколько стареньких британских бипланов, летать на которых отважились только несколько русских летчиков из эмигрантов, нанятые для этого дела знаменитым Лоуренсом Аравийским. Как-нибудь расскажу об этом отдельно. Однако храбрость русских асов не спасла Хашимитов.

Вскоре Хусейн отрекся от престола в пользу своего сына Али и бежал. Последним оплотом Хашимитов стала Джидда, портовый город, способный получать помощь по морю.

По приказу Али ибн Хусейна все военнослужащие, бывшие в его подчинении, немедленно приступили к возведению фортификационных сооружений и установке наземных мин. На помощь ему пришли братья - Абдалла и Фейсал, эмир Трансиордании и король Ирака, приславшие ему войска и вооружение. Также он закупил 5 самолётов у Королевства Италия и несколько танков у Веймарской республики, поскольку в его распоряжении находились всего лишь 2 самолёта устаревших образцов, посредством которых вести полноценно боевые действия не представлялось возможным.

Но ситуация складывалась не в пользу Али. Во-первых, племена, проживавшие в районе Джидды, имели просаудовские настроения и нападали на солдат Хиджаза. Во-вторых, помощь от братьев и закупленная техника задерживались, возникли проблемы с доставкой, с дорогами в регионе было плохо. К тому же в ходе обороны города погиб пилот одного из двух имеющихся самолётов, что ещё сильнее усложняло ситуацию.

В конце концов старейшины города приняли решение о сдаче Джидды. Али ибн Хусейн, сев на корабль, бежал в Багдад. 17 декабря 1925 года Джидда капитулировала. Еще раньше, 12 декабря пала Медина, а через неделю, 24 декабря 1925 года - Янбу. Вскоре Ибн-Сауд принял титул короля Хиджаза, а через год включил его в состав Неджда.

Продолжение следует.

Если вам интересна история, буду рад видеть вас в своем тг-канале: https://t.me/bald_man_stories

Спасибо за внимание!

В этом году планируется завершить строительство гиганта, поставки начнутся в 2027 году. Запуск еще больше обострит конкуренцию на рынке аммиака и метанола. С помощью водорода предприятие будет синтезировать 1,2 миллиона тонн аммиака в год.

Производство зеленого водорода продолжает масштабироваться за рынки сбыта борются Китай Индия и Саудовская Аравия. Водород Н2 в дальнейшем используется для синтеза метанола аммиака, удобрений и др химии. Китай реализует проекты зеленого водорода мощностью 10 млн. тонн. Цель проектов замена ископаемого газа и экспорт продукции в Европу. Напомню читателям СА обладает мировым рекордом по цене энергии с солнечных электростанций 1,04 цента США за кВт*ч или 82 копейки.

Китай впервые отправит зеленую сталь на экспорт в Европу

Солнечная электростанция для промышленности с себестоимостью генерации 1,31 рублей за кВт·ч

США приступили к производству зеленой стали для ветрогенераторов

Производство цемента перешло на зеленую энергию

Крупнейший производитель нержавеющей стали переходит на зеленый водород

Турецкий сталелитейный холдинг объявил о строительстве крупнейшей солнечной электростанции

На словах ты шейх простой

Один из главных партнеров Дональда — Саудовская Аравия. Денег у арабов море, а взамен они требуют всего ничего — приструнить Израиль. Поэтому масштабная война на Ближнем Востоке Трампу не выгодна — тогда сделки с арабами по Газе и нефти сорвутся. И то, что мы видим в Иране – попытка относительно мягко свалить власть изнутри, но без военной операции.

Вместе с тем, сама операция уже идет, но она диверсионная. По классике, цветная революция делается 2 месяца, и сейчас Иран на исходе первого. Началась самая острая фаза – открытое насилие, когда захватываются административные здания. Собственно, об этом призывы сына шаха Пехлеви. Предлагаем читателю оценить ЦРУ-шный язык в стиле «Нехты»:

«Наша цель не просто выйти на улицы; цель — подготовиться к захвату и защите городских центров. Для достижения этой цели необходимо, используя различные маршруты, собрать максимум людей в центральных районах городов и объединить разрозненные группы».

Если что, это официально обращение шаха к народу Ирана. Никаких «земля — помещикам, фабрики — капиталистам», все четко и по делу. Оперативный почерк показывает, что перед нами американские друзья. Как и в случае с Нехтой, у протеста нет лидеров, он сетевой, а внутри страны его координируют с помощью американской спутниковой связи при отключенном интернете. Так что как бы Трамп ни ломался в Твиттере: «Поможем — не поможем», — американская операция уже идет.

Для Нетаньяху возможная война будет последней

Чтобы остановить эскалацию, Ирану надо поднять ставки. Ключевой вопрос – как это сделать, не спровоцировав внешний удар. Потому что Израиль очень интересует ядерная и ракетная программа Ирана, и они «кипятят» ситуацию до той точки, когда можно будет под предлогом защиты иранской демократии попросить американцев еще немного побомбить стратегические объекты. Ведь беспорядки уличного толка в Иране происходят уже лет 10, но никогда самолеты Б-2 не бомбили подземные сооружения, и для Израиля это шанс нанести новый ущерб.

Однако не нужно думать, что Иран в безвыходной ситуации. Прогноз МП — все будет нормально, потому что внутри Израиля у Нетаньяху крайне шаткие позиции, несмотря на фонтан военных операций.

Самая большая проблема Нетаньяху — поставленный на паузу скандал, связанный с Катаром. Оказалось, ближайшие советники Нетаньяху много лет брали деньги у катарцев, а это, на минуточку, главная страна, которая снабжает и курирует ХАМАС.

Ниточка ведет к тому, что нападение 7 октября 2023 года произошло чуть ли не с ведома окружения Нетаньяху, потому что Катар работал с его советниками до и после. То есть над Беньямином висит дело о госизмене.

Кроме того, умные люди говорят, что именно из-за Катара война в Секторе Газа шла настолько долго, кроваво и закончилась для Израиля чудовищным ударом по репутации. На протяжении двух лет войны Катар скрытно финансировал ХАМАС, а ВС Израиля не могли ликвидировать группировку, которая получала вооружение и наличные деньги через туннели с синайского полуострова. Операция в Газе со стороны Израиля велась максимально бестолково: войска заходили в населенный пункт, потом выходили оттуда, и район снова заполняли боевики ХАМАС, после чего ситуация повторялась с новыми жертвами среди мирного населения. Что привело к массовому движению в поддержку Палестины по всему миру, вплоть до сторонников Трампа в США. А группировка ХАМАС вполне себе сохранилась, в отличие от Хесболлы, которую Израиль умело и коварно разгромил.

Сверх этого, белорусам сложно понять, как вообще устроена власть в Израиле. Если у нас есть главное действующее лицо, то там главные лица стоят за кулисами — это примерно пять семей, проживающих в основном в СЩА, которые контролируют банковский сектор Израиля, инфраструктуру и энергетику. Отраслевых компаний много, но все они имеют примерно один круг собственников, и эти собственники вхожи в близкое окружение Трампа. И им не нужно, чтобы иранские ракеты падали на израильскую инфраструктуру и разрушали ее, поэтому в Нетаньяху они видят фигуру, которая создает лишь риски. Говорят, что именно семейные кланы финансировали выступления и митинги против Нетаньяху.

Отдельное недовольство у элит вызывает супруга Нетаньяху Сара. Она чуть ли не лично собеседует кандидатов в правительство, в том числе армию и спецслужбы, и в стране ходят многочисленные шутки, кто кем на самом деле управляет.

Мотор протеста — иранские курды

Еще одна важная внешняя сила, которая сейчас сдерживает войну против Ирана — это, как ни странно, Сирия, а через нее — Турция. Надо сказать, что на русском языке до сих пор нет публикаций о том, как же власть Асада упала за 2 недели, и почему новым руководителем Сирии стал Аш-Шараа, непубличная фигура, которая проходила по всем американским базам как боец Аль-Каиды в Ираке. Ан нет, с ним уже встречается и Трамп, и Европа, да и Союзное государство его вполне признает. Это значит, что Асада поменяли с помощью договоренностей. Видимо, предполагалось, что дальше начнут ломать Иран, но Турции, которая стоит за спиной Аш-Шараа, это не выгодно.

Тут все просто: поскольку в протестах в Иране в основном задействованы курды (не верьте, что протест всенародный, персы и азербайджанцы поддерживают власть), то турки могут легко устроить курдам веселую жизнь. Также известно, что основные каналы снабжения оружием идут в Иран из Ирака, и там американцы в прямой ультимативной форме потребовали пропускать через границу курдские группировки. Они, понятно, выступают не за шаха, а за сепаратистов, чтобы откусить у Ирана кусок территории для своего Курдистана.

Поэтому никакого единого протеста в Иране нет, он разнородный, а значит — не победит. Но Иран при этом могут снова начать бомбить. По СМИ постоянно идут угрозу, что «Трампу на стол положили новые варианты ударов по Ирану». Заметим, что все они – не про наземную операцию, а, скорее, про то, что самолеты прилетят и разбомбят высшее руководство.

Тут Израиль, что называется, ловит момент, потому что американцы взяли в клещи Венесуэлу. Раньше это был чуть ли самый главный союзник Ирана, там тренировали Хесболлу, вели обмен кадрами и данными, а теперь страну пытаются поставить под американский контроль. Так что в каком-то смысле Иран уже ослаблен, но все это пока не могут конвертировать во внутренний переворот.

Почему протесты не победят?

Повторим еще раз: как ни удивительно, интересы арабских стран сегодня совпадают с интересами Трампа больше, чем интересы Израиля. Саудовская Аравия – это деньги, сделки, благополучие семьи Трампа. Завтра можно проиграть выборы, а вот сделки останутся, и они важнее, чем политическая поддержка Израилем республиканцев – их и так поддержат, никуда не денутся.

Всем же, кто ищет информацию в СМИ об Иране, надо понимать, что это полностью закрытая страна. Соответственно, все, что о ней пишут, берется в основном из западных источников, которые враждебны к Ирану. В русскоязычном поле ситуация не лучше, потому что многие эксперты и аналитики больше симпатизируют Израилю. Так что картинка все время идет со знаком минус и «все пропало».

Что реально нужно преодолеть Ирану? Это вопросы инфляции, ослабления национальной валюты, и банкротства пенсионного обеспечения.

Страну пытаются лишить доступа к валюте, чтобы не было средств кормить армию и бюджетников. Поэтому необходим кредит Китая, а также передышка в плане боевых действий – потому что для любой страны это огромные расходы и материальный ущерб. Организаторы беспорядков призывают к стачке, и это еще один экономический метод давления на бюджет страны.

Зато президент Пезешкиан и светское правительство Ирана умело выступают громоотводами – если они уйдут в отставку, то религиозная власть устоит. Западники же сделали ставку на обратный вариант, когда уходят аятоллы, а остаются прагматики. Но даже в этом случае никаком шаху ничего не светит — это классический путь к расколу элит и гражданской войне. Всем силам в Иране это понятно, поэтому протесты не имеют внятной и безопасной цели для участников – это как если бы у нас на улицу выводили людей «воевать за Украину против России, чтобы белорусы начали жить свободнее и богаче». Реальных недовольных такой лозунг не объединит, а просто создаст внешнюю картинку, что страна в кондиции и ее пора бомбить.