1. Почему стандартные советы психологов не работают при СДВГ.

2. Что на самом деле происходит в вашем мозге в момент удара.

3. Как отличить RSD от обычной обиды.

4. План, который должен помочь взять эмоции под контроль.

   Вам не нужны лозунги, вам нужна "аптечка" первой помощи. Вот список действий, которые действительно работают, когда RSD берет за горло.

Почему просто не принимай близко к сердцу — худший совет для человека с СДВГ

Все эти популярные советы: будь проще, не накручивай себя, забей — для человека с СДВГ и RSD звучат, как издевательство. Это все равно что сказать человеку с аллергией на пыльцу просто не чихай. Спасибо, я бы и рада, но не могу.

Люди дают такие советы из лучших побуждений, вероятно, им это реально помогает, и они искренне хотят поделиться. Они не знают, что предлагают инструмент, который требует функции, отсутствующей в нашей операционной системе. Это не злой умысел — это невидимость нашего опыта.

Проблема в том, что RSD — это не психологическая установка, а нейробиологическая особенность. Эмоциональная боль от отвержения для нашего мозга обрабатывается в тех же центрах, что и физическая. Когда нас критикует начальник или друг не отвечает на сообщение, мы чувствуем не огорчение. Мы чувствуем реальный, почти физический удар. Как будто вас ткнули раскаленной палкой.

Вот мой любимый пример. Есть одна знакомая дизайнер, Анна (ей тридцать два), которая работает на себя. До того, как она поняла, что у нее RSD, любая правка от клиента превращалась в катастрофу. Клиент пишет: Анна, давайте в макете поменяем синий цвет на голубой. Что слышит нейротипичный дизайнер? Окей, меняем синий на голубой. Что слышала Анна? ТЫ НИЧТОЖЕСТВО. ТВОЙ ВКУС УЖАСЕН. Я ЗРЯ ТЕБЕ ЗАПЛАТИЛ. ТЫ БЕЗДАРНОСТЬ.

После этого она на несколько часов выпадала из жизни. Либо впадала в ступор, глядя в стену, либо начинала лихорадочно переделывать вообще всё, лишь бы доказать, что она не бездарность. И, конечно же, тихо ненавидела и клиента, и себя.

Мир полон доброжелателей, чьи советы при СДВГ работают с точностью до наоборот. Вот мой личный топ-3 вреднейших рекомендаций, которые вы наверняка слышали:

1. Подумай о чем-нибудь хорошем. Гениально. Мой мозг горит в огне эмоциональной боли, а мне предлагают подумать о бабочках. В момент приступа RSD префронтальная кора, отвечающая за рациональное мышление, практически отключается. Мы не можем просто переключиться.

2. Это всего лишь твое восприятие. Да, это мое восприятие. Восприятие человека, чей мозг устроен иначе. Эта фраза обесценивает ваши чувства и заставляет чувствовать себя еще более виноватыми и ненормальными.

3. Тебе нужно поднять самооценку. RSD и самооценка связаны, но это не одно и то же. Можно иметь вполне адекватную самооценку в спокойном состоянии, но при малейшем триггере отвержения проваливаться в бездну самоуничижения. Это как американские горки, а не стабильно низкий уровень.

Что на самом деле происходит в голове при RSD

Чтобы победить RSD, нужно знать, что это не просто чувствительность. Это внезапный, сокрушительный удар по всей вашей системе. Давайте разберем его по косточкам.

Когда человек с СДВГ сталкивается с реальным или даже воображаемым отвержением, его мозг мгновенно переходит в режим бей или беги. Выброс адреналина, учащенное сердцебиение, ком в горле. Эмоциональный отклик не пропорционален событию. Коллега не поздоровался в коридоре? Мозг кричит: ОН ТЕБЯ НЕНАВИДИТ! ТЕБЯ СКОРО УВОЛЯТ!.

Это внезапное падение в эмоциональную яму часто приводит к двум типам реакций:

• Взрыв вовне: Вспышка гнева, ярости, слез. Вы можете наговорить лишнего человеку, который вас обидел, хлопнуть дверью. Это попытка выплеснуть невыносимую боль наружу.

• Взрыв вовнутрь: Полный уход в себя. Вы замыкаетесь, перестаете разговаривать, мысленно прокручиваете ситуацию сотни раз, занимаясь жесточайшим самобичеванием. Это часто еще хуже, потому что вся разрушительная энергия направлена на вас.

Иронично, но именно страх испытать эту боль заставляет нас развивать совершенно неадаптивные стратегии. Например, становиться тотальными перфекционистами. Логика проста: Если я сделаю всё идеально, меня не за что будет критиковать, и я не испытаю эту боль. Или превращаться в people-pleaser, человека, который пытается угодить абсолютно всем, лишь бы его не отвергли. Оба пути ведут к выгоранию и потере себя.

Как отличить RSD от обычной обиды или плохого настроения?
По трем ключевым признакам:

1. Внезапность. Боль накрывает мгновенно, как цунами. Только что все было хорошо, и вот вы уже на дне.

2. Интенсивность. Эмоции зашкаливают. Это не просто грусть, это тотальное отчаяние на 10 из 10 по шкале боли.

3. Кратковременность (иногда). После того как триггер исчезает, вы можете так же быстро прийти в норму, удивляясь, что это вообще было. Но последствия в виде самокритики и страха могут оставаться надолго.

Мой личный кейс: как я перестала быть заложницей чужого мнения.

Ну что? Давайте к практике?
Расскажу на своем примере, как я выбиралась из этого ада. Раньше любая мелочь могла выбить меня из колеи на целый день. Косой взгляд, неоднозначный комментарий, не поставленный лайк под важным постом. Я прошла путь от полной эмоциональной зависимости до состояния, когда я могу спокойно анализировать критику, не разрушаясь.

Вот моя пошаговая система. Она не волшебная таблетка, она требует работы. Но она работает.

Шаг 1: Признание и название врага
Первый и самый важный шаг — перестать называть это характером и дать ему имя: дисфория чувствительности к отвержению. Когда вы понимаете, что это симптом вашего СДВГ, а не ваш личностный изъян, происходит магия. Вы переносите фокус с я плохая на у меня есть особенность, которой нужно научиться управлять. Я буквально говорила себе вслух: Так, это не я. Это мой RSD снова за свое.

Шаг 2: Техника Пауза и Имя
Как только вы чувствуете тот самый укол боли, ваша задача — не дать реакции развиться. Создайте искусственную паузу.

1. Заметьте момент. Почувствовали резкий укол в груди, ком в горле, желание заплакать или накричать? Стоп.

2. Назовите это. Мысленно или вслух скажите: Это RSD. Не меня обидели, не он козел, а это моя реакция RSD. Это сразу переводит ситуацию из эмоциональной плоскости в аналитическую.

3. Дышите. Сделайте 3-4 глубоких, медленных вдоха и выдоха. Сосредоточьтесь на физическом ощущении воздуха. Это возвращает хоть какой-то контроль префронтальной коре.

Шаг 3: Сценарии-заготовки
Импульсивность — наше всё. Чтобы не наломать дров в момент приступа, у меня есть готовые фразы, которые я использую, чтобы выиграть время (буквально несколько маленьких карточек в картхолдере.

• Если нужно ответить на письмо/сообщение: Не отвечайте сразу. Никогда. Отложите минимум на час. Если очень хочется, напишите черновик, выплесните все, что думаете, а потом сотрите и напишите спокойный ответ через пару часов.

• Если разговор происходит лично: Используйте фразы-спасатели. Мне нужно это обдумать, Давай вернемся к этому вопросу чуть позже, Интересная мысль, мне нужно время, чтобы ее переварить. Это дает вам легальную возможность выйти из ситуации и применить Шаг 2.

Шаг 4: Банк доказательств
Наш мозг в момент RSD услужливо подсовывает нам все доказательства нашей никчемности. Этому нужно что-то противопоставить. Заведите файл в телефоне, закрытый канал в телеграм или блокнот под названием БАНК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ. Записывайте туда ВСЁ хорошее, что о вас говорят. Похвалу от клиента, благодарность от друга, комплимент от коллеги. Скриншоты сообщений, цитаты. Когда вас накрывает волной самоуничижения, открывайте этот файл и читайте. Вслух. Это как антидот. Ваш мозг кричит: Ты бездарность!. А вы ему: Нет, вот, смотри, на прошлой неделе клиент написал, что я гений. Кому верить будем?. Это помогает вернуть связь с реальностью.

Результат на примере Анны (До/После):

• До: Клиент присылает правки. Анна впадает в панику, чувствует себя ничтожеством, работает всю ночь, переделывая не только то, что просили, но и все остальное. Утром чувствует себя выжатой и ненавидит свою работу.

• После: Клиент присылает правки. Анна чувствует знакомый укол. Говорит себе: Так, это RSD. Делает дыхательную паузу. Пишет клиенту: Спасибо, все поняла! Внесу правки в течение дня. Открывает свой Банк доказательств, перечитывает пару отзывов. Спокойно вносит нужные изменения и отправляет макет. Вечером идет гулять, а не рыдать в подушку.

Аптечка первой помощи при приступе RSD

Вот чек-лист, который стоит держать под рукой. Это то, что нужно сделать, когда вас уже накрыло.

1. Признайте и назовите: это приступ RSD.

2. Уйдите из триггерной ситуации (выйдите из комнаты, положите телефон).

3. Сделайте 5-10 медленных глубоких вдохов.

4. Сделайте что-то физическое: поприседайте, помашите руками, умойтесь холодной водой.

5. Позвоните или напишите безопасному человеку — тому, кто знает о вашей особенности и может просто выслушать, не давая советов.

6. Откройте БАНК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ и прочитайте несколько пунктов.

7. Дайте себе обещание не принимать никаких решений в этом состоянии в течение 3-х часов.

Часто задаваемые вопросы:

Вопрос: Это вообще лечится? Можно ли от этого избавиться навсегда?

Ответ: Избавиться навсегда, как от насморка, — вряд ли. Это часть нейрохимии нашего мозга. Но можно научиться управлять этим настолько хорошо, что приступы будут случаться редко, проходить быстро и не будут разрушать вашу жизнь. Цель — не ампутировать эту чувствительность, а научиться с ней жить.

Вопрос: Нужно ли рассказывать об RSD на работе или друзьям?

Ответ: Зависит от окружения. Рассказывать стоит только тем, кому вы на 100% доверяете. Не нужно вешать на себя табличку Осторожно, у меня RSD. Можно объяснить близкому другу или партнеру в формате: У меня есть такая особенность: я очень болезненно реагирую на критику, даже конструктивную. Это не потому, что я тебя не уважаю, а потому, что мой мозг так устроен. Пожалуйста, давай мне обратную связь максимально мягко.

Вопрос: Существуют ли лекарства от RSD?

Ответ: Специфических лекарств от RSD нет. Но препараты, используемые для лечения СДВГ, могут значительно снижать интенсивность реакций. Это вопрос, который нужно обсуждать только с грамотным психиатром, который специализируется на СДВГ. Не занимайтесь самолечением, пожалуйста!

Вопрос: Может, я просто инфантильный и незрелый человек?

Ответ: Нет. И еще раз нет. Пожалуй, это самое вредное заблуждение из всех. Ведь инфантильность — это когда человек осознанно пытается спихнуть с себя любые обязательства, а не когда он физически не может справиться с эмоциями. И вы, скорее всего, гиперответственны. Так что RSD — это не ваш выбор и не ваш характер. Это точно такое же проявление СДВГ, как и привычка постоянно отвлекаться или склонность сначала делать, а потом думать

вместо того чтобы постоянно оправдываться, попробуйте просто принять: ваш мозг работает именно так, и это не делает вас хуже других

Если вы запомните после этой статьи только одну мысль, пусть она будет такой: вы не виноваты в том, что отказ причиняет вам такую сильную боль. Не стоит вешать на себя ярлыки вроде "нытик" или "слабак". И уж точно вы не устраиваете драму на пустом месте — всё гораздо сложнее. Ваш мозг просто устроен иначе, и он с самого начала взаимодействует с миром по своим собственным правилам

Вы и так тратите слишком много энергии на то, чтобы ругать себя и пытаться втиснуться в общепринятые рамки. На это просто не остается сил. Изучайте, пожалуйста, инструкцию к своему мозгу и учитесь им пользоваться.РСД — это не какой-то окончательный вердикт, а скорее особенность, с которой вполне можно научиться жить. Буду честна: само собой это не заработает, нужна регулярная практика. но стоит начать хотя бы с малого, и вы сами заметите, как внутри наконец-то „отпускает“

Если подводить черту, то получается вот что:

1. RSD — это нейробиология, а не недостаток характера. Это официально подтверждено в Международном консенсусном заявлении по СДВГ, которое подписали более 80 ведущих ученых. Они подчеркивают, что состояние вызвано дефицитом определенных нейромедиаторов (преимущественно дофамина и норадреналина), а не плохим воспитанием или ленью

2. Советы поп-психологии для нас абсолютно бесполезны

3. Перфекционизм и желание всем угодить — это часто лишь попытка спрятаться от боли RSD. К сожалению, цена такой защиты слишком высока — эмоциональное выгорание

4. Чтобы не терять контроль, важно научиться брать тайм-аут и честно признавать, какие вещи выбивают вас из колеи.

Перестаньте извиняться за то, как вы устроены. Пора перестать обтесывать свои углы, чтобы влезть в чужую коробку. Лучше изучать свою уникальную геометрию и строить пространство под неё. Уверена, вы достаточно намучились, играя по чужим правилам

"Мужики, есть билеты на дрифт, едем?"

Переехав в Москву в целом ничего не изменилось, а кажется даже стало немного хуже - предметы моего обожания в Москве я стал видеть намного чаще.

Однажды утром в 2021 году нам с братом позвонил наш общий друг с предложением - "Мужики, есть 3 билета на этап RDS (RDS - Российская Дрифт Серия), едем?" Особого энтузиазма предложение не вызвало, но дух авантюризма победил - поморозить нос в +2 под дождем, почему бы и нет?

Друг оказался большим фанатом, поэтому вместо радио и музыки в течение всего пути до трека мы получили ликбез по дрифту - оказалось, дрифтят профессионалы исключительно на механике, а российские пилоты являются одними из лучших в мире.

В этот момент стало немного интереснее.

Дым, дым, дым и еще раз дым

Первые две вещи, которые тебя удивляют на парковке трека - это звук спортивных машин, который скорее напоминает канонаду, а также огромный клуб дыма. Выглядит и звучит все это, конечно, тревожно ))

Оказавшись на трассе ты наблюдаешь следующую картину - на зеленый сигнал светофора стартует Ниссан Сильвия S15 (помните Мона Лизу из Форсажа?), разгоняется до 190 км/ч, бесстрашный красноярец поворачивает руль сначала в одну сторону, затем в другую и дергает ручник, тем самым выставляя машину боком. Далее весь отрезок трассы машина едет исключительно в углах от 40 до 90 градусов. Сказать, что это эффектно - ничего не сказать.

Но вся прелесть дрифта не в цифрах. То, за что любят дрифт - это, конечно же, парная езда. На старте появляется уже две Сильвии S15, каждая повторяет на зеленый сигнал светофора то, что я описал выше и всю трассу машины едут максимально близко друг к другу. Порой кажется, что законы физики в этот момент выходят из чата :)

Если не переобуваться, то ноги завоняют?

Сказать, что я был поражен - ничего не сказать. Я как маленький ребенок хлопал в ладоши от того, где я побывал и что увидел. Во время двух часового перерыва я с невероятным энтузиазмом ходил и рассматривал в техническом парке автомобили участников (да, дрифтеры очень открыты к этому и если вам повезет, то пилот даже может поболтать с вами и рассказать о своей машине).

Сильвии, Скайлайны, 370Z, Супры, Чайзеры - весь падок заполнен японскими вершинами инженерной мысли. Невероятные моторы 2JZ на 1000 лошадиных сил, полностью карбоновые кузова - ну прелесть же, ну.

Даже если посмотреть на данное мероприятие с точки зрения человека, которому абсолютно неинтересны автомобили, то даже в таком случае будет чем себя занять. Невероятно красивые грид-герл, куча конкурсов от команд, по особенному вкусная еда на фуд-корте - все это до сих пор меня очень сильно привлекает.

«Ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему!»

С того самого дня дрифт - это неотъемлемая часть моей жизни. Начиная с апреля каждого года мы с братом посещаем абсолютно каждый этап Российской Дрифт Серии, география которого от Москвы до Красноярска. Куда то едем на машине, например, в Нижний Новгород или Питер, а в родную столицу Сибири летим на самолете.

Мы знаем абсолютно каждого пилота, до болтика знакомы с их техникой. Болеем, кстати, за красноярца, четырехкратного чемпиона RDS и двухкратного чемпиона интерконтинентального кубка по дрифту - Георгия Чивчяна. На каждой автограф сессии подходим к нему и желаем сибирско-тувинской удачи. Он уже узнает нас и всегда удивляется, как мы проделали такой большой путь из Сибири. Кажется, мы его прилично достали :))


А еще во время написания этого поста я понял, что никогда у меня не было потребности и желания писать материалы на Пикабу и в целом где либо, но, видимо о дрифте я действительно могу говорить везде и бесконечно.

Поэтому решил, что теперь буду иногда писать на Пикабу о своем маленьком увлечении :))

Второй день подряд город засыпает снегом — местами уже до полуметра 🌨️ Почти официальный выходной — и впереди ещё морозы до −20 °C 🥶

В городе и по всему штату более 300 000 студентов получили редкий зимний бонус — время для снежных развлечений ☃️🛷

Причём самых необычных:

🚗  - snowboarding с Lamborghini;

⛷️- горные лыжи» на Beacon Hill, в самом историческом центре- именно здесь 400 лет назад началась Америка 🇺🇸

Пока же и губернатор штата, и мэр Бостона просят не ездить на автомобиле 🚗❌ — снег всё ещё продолжается. Stay warm 🔥 и хорошего зимнего настроения ❄️😊

Source : Welcome to MA Official Digest ( edition in Russian) 2026 https://welcometoma.com/

– Мамолаево…– задумчиво озвучила Женя название населенного пункта, прочитав его на облупившейся и местами погнутой табличке на обочине. Сквозь пыльное стекло автобуса, сразу вслед за убежавшей назад табличкой, стали видны дома местных жителей. Большие, малые, старые, новые, ухоженные, запущенные… В общем и целом – обычный среднерусский современный деревенский пейзаж с его покоем, умильностью, ласкающей взгляд природой и одновременно ржавыми следами упадка и пока еще не явной, но уже наметившейся заброшенности.

– Ма-мо-ла-е-во… – снова, почему-то уже по слогам произнесла Женя – небольшая девушка лет двадцати пяти с пышной рыжей шевелюрой. К шевелюре неизбежно прилагались множественные веснушки на слегка округлом лице. Одета Женя была в старые потертые джинсы, поношенные кроссовки и отцовскую камуфляжную куртку с подвернутыми рукавами. – А почему такое название, Паш?

– Не знаю… – пожал плечами сидевший рядом с ней коренастый русый парень с крупными, щедро отмеренными природой чертами лица. На вид ему было не больше двадцати. – Но можем в интернете глянуть.

– Не надо, – улыбнулась Женя, – Пусть местные расскажут. Ну или загадка будет, сюрприз.

– А мне тоже интересно. Я не хочу, чтоб сюрприз, – подала голос сидевшая через проход от Жени и Паши высокая девушка, примерно одного с Женей возраста, в светло-розовом спортивном костюме, с длинными нарощенными ресницами и темными волосами, заплетенными в две приличные косички. – Нужно «загуглить». Только у меня сети нет…

– У меня все есть, – сидевший рядом с ней паренек, всю дорогу казавшийся посторонним их компании человеком, оторвался от созерцания пробегавшего за окном пейзажа, – Только сто процентов даю – это антропоним.

– Что? – повернулась к нему обладательница косичек.

– Ан-тро-по-ним, – с кивком головы на каждый слог, повторил парень. Глядел он при этом прямо под хлопающие ресницы. – Лен, ты бы читала хоть немного что ли. Хотя бы «вики». Это значит, что по фамилии чьей-то названо, или прозвищу. Что, по большому счету, одно и то же.

– Ой, знаешь… – фыркнула Лена. – Я бы и почитала. Говорю же – сети нет. И вообще… – она злобно прищурилась. – Нельзя быть таким токсичным, Леша.

– Проехали… – вздохнул названый Лешей и снова отвернулся к окну, уперевшись в него головой. Густая копна волнистых волос неплохо смягчала тряску и не отвлекала от мыслей. А они были на данный момент для Алексея главным увлечением. Если, конечно, можно так называть мысли о возможном его отчислении из института. Известие об этом догнало его уже в дороге и было решительно непонятным, так как не могло иметь под собой никаких видимых оснований. А невидимые никак не желали обнаруживать себя. И теперь любая позитивная причина, побудившая Лешу Шарова – студента пятого курса политехнического института, красавца, КВНщика и самую светлую голову потока поехать в это путешествие превращалась в тяжкую ношу и повод для самоедства вперемешку с жгучим раздражением.

– И приехали, – вздохнул он снова, в последний раз ощутив дрожь стекла под головой. – Конечная.

Кроме них в автобусе находилось еще несколько мужчин и женщин, по виду местных жителей. Они, не позабыв придирчиво и во всех подробностях обсудить ребят, всю дорогу указывали на них кивками. Теперь же они дружно шли по проходу, заглядывали каждому в лицо и, хитро блестя глазами, здоровались.

– Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте… – кивала им Женя с лучезарной улыбкой на лице, приветствуя за всех. Лена вцепилась обеими руками в небольшой рюкзачок и хлопала ресницами, Паша просто хмуро кивал, а Леша по-прежнему подпирал головой окно.

По стеклу, среди грязных дождевых подтеков, словно в замысловатом лабиринте без выхода, бродил непонятно как оказавшийся тут муравей. Шевелил усами и бросался то в одну, то в другую сторону и, казалось, также как и Леша не понимал, как он тут очутился и, самое главное – зачем. А может ничего такого не было, и это сам Алексей пытался приписать ему свое собственное внутреннее состояние.

– Ты как тут, братишка? – тихо шепнул ему Леша, мягко улыбнувшись. – У тебя нога, а тебе домой? Подожди…

Он отлепился от стекла и попытался аккуратно, чтобы ничего не повредить, поймать своего нового товарища. Ему это даже удалось. Но тут же в голове, немало его удивив, короткой искрой сверкнуло желание покрепче сжать пальцы. Оно быстро, стыдливо исчезло, затерялось в первоначальном стремлении к спасению. Но неприятный осадок неуловимо остался. Леша недовольно встряхнул головой и попытался двинуться на выход. Но выйти и отпустить «насекомыша» на волю мешала сидящая рядом Лена. Она, как и все, пропускала местных.

Но вот путь был свободен, и друзья потянулись к выходу. Друг за другом спрыгивали они в пыльную, нагретую солнцем траву и озирались. Первой, прижимая рюкзак к груди, выбралась Лена, за ней Паша, неся перед собой столитровый баул, потом Женя со спортивной сумкой, и, галантно пропустивший ее вперед, Леша с муравьем.

– Беги, братишка, – первым делом, с небольшой заминкой на вновь мелькнувшее желание усилить нажим, освободил он бедолагу, который тут же затерялся в траве. Алексей сосредоточенно потер переносицу. Его озадачивала настырная совершенно не характерная для него тяга к разрушению. – Давай понесу, – отгоняя неприятные мысли повернулся он к Павлу, с которым у них был один баул на двоих.

– Да нормально. Я ж его не на себе сюда нес, – Паша благодарно качнул головой.

– День добрый, молодые люди, – неожиданно раздался голос состороны автобуса. Это поприветствовал друзей, выбравшийся из автобуса усатый, загорелый почти до черноты, мужик. За его спиной маячила грузная тетка в нелепом летнем платье.

– Здравствуйте, – тряхнула рыжиной Женя, перераспределив улыбкой веснушки на лице.

– В гости приехали? – с прищуром оглядел их мужик.

– Не совсем, – начал Паша. Он был единственный из всех относительно местный, – У нас поход.

– Похоод… – уважительно протянул мужик. – Туристы значит. Интересно. А почему к нам? Знакомые есть тут?

– Есть, – несколько с вызовом, ответил Паша.

– И кто же?

– Коль, ну чего ты пристал? – попыталась встрять тетка. – Иди уже.

– Цыц! – грозно зыркнул на нее Коля. – Успеешь. Все равно сейчас перед телевизором шлепнешься, жир насиживать.

– Коль… – обиженно заморгала тетка. – Ты чего?

– Ничего. С гостями вот знакомлюсь. Может им помочь чем надо, подсказать что.

– Подскажите, а где тут у вас черную женщину видят все время? – охотно воспользовался предложением Паша.

– Ой ты, господи… – закрестилась тетка. – Страсти-то какие! Накой же вам это сдалось-то, а? Иль надоумил кто?

– Можно и так сказать, – подключился Леша. – Так вы подскажете дорогу?

– Ой, нет… Не подскажу. Грех на себя не возьму, – снова закрестилась тетка, – Страсти там творятся.

– Ну чего ты, дура, квохчешь? Какие страсти? Бабы молотят языками, а ты разносишь! Ты это прекращай, Танька, прекращай. И так люди нас стороной обходят. Так скоро еще и дети наши приезжать перестанут с городов. Зачем им тут, мол, с чертовщиной водиться! Тьфу…

– И ничего не молотят! – возмутилась названная дурой Танька. – Я сама видела!

– Ну что? Что ты видела?

– Ее видела. Как она ходит. Меедленно так… Будто ищет чего.

– Кто она? – вытаращила не нее глаза Лена.

– Равжа ава. Кто ж еще?

– Кто? – Лена непонимающе оглянулась на своих товарищей.

– Черная женщина по-русски, – пояснил Паша.

– Ааа… – протянула Лена. – Круто.

– Мокша? – удивленно обратился к Павлу Коля.

– Нет. Русский. Местный просто… Почти. Ковылкинский.

– Ах, земляк, – улыбнулся Коля, сверкнув золотым зубом. – А тут кто?

– Друг у меня отсюда. Вместе учились в Москве. Он и рассказал про вашу…достопримечательность. Я и сам, конечно, слышал раньше, но побывать не доводилось у вас.

– Есть такая, будь она неладна… – Коля снова сплюнул. – Как будто гнилой угол у нас тут. Мы, да Самозлейка соседняя. Каких только небылиц…

– Нам бы к тому полю, где женщину видят, – прервал его Паша, – Мы там встанем – у нас палатки.

– Вот сумасшедшие! Неймется им… – запричитала тетка Танька и, боком обойдя всю компанию, быстро засеменила прочь.

– Палатки, говоришь?.. – задумался Николай. – А не забоитесь? Там ведь нечистой силой все грозят, не меньше. Местных туда давно ничем не заманишь.

– Нет, что вы! – сверкнула глазами Женя. – Наоборот! Мы такие места специально выбираем! В прошлом году вот у меня были, в Челябинской области, где НЛО часто видят. В этом году уже успели у Лены побывать, под Нижним – деревню-призрак искали. А теперь вот к Паше приехали на родину – хотим вашу черную женщину повстречать.

– Ишь ты… – покачал головой Коля. – И как? Видели?

– Что?

– Ну НЛО, или деревню эту.

– Нет, не удалось. Но было страшновато.

– Острых ощущений ищете?

– Это тоже. Но вообще – пытаемся доказать или опровергнуть существование всякого потустороннего, внеземного… Записываем видео, звук, делаем фото. Ну и так далее. У нас свой блог.

– Понятно… – сказал Коля, но было ясно, что он хоть убей не понимает зачем этим четырем странным людям заниматься подобным. – Но вы все равно как-то поосторожнее что ли… Я-то сам во всякое такое не верю, но чем черт не шутит. Равжа ава наша, говорят, ведьмой была. Самой настоящей. Жила она тут до революции еще. Скотину портила, болезни разные наводила, порчи. А последней каплей стало то, что люди стали пропадать. Уж не знаю сама ли она это делала, или по наущению чьему, но тогда пришли мужики к ней ночью, схватили, да и утопили в озерце. Сейчас-то от него небольшое болотце только осталось там, – Коля указал рукой в сторону какого-то поля или луга, – Километра с два по дороге, вкруг кладбища. Потом, не доходя до просеки, налево, не промахнетесь – там кто-то впечатлительный предупреждающий знак оставил. Вот там она и бродит. Я лично ничего такого не видал, врать не буду. Но люди говорят.

– Хорошо, спасибо, – Паша взвалил баул на спину и повернулся в указанную сторону. Остальные, поглядывая на Колю, собрались за ним.

– Ну вы это… Если что – бегите оттуда. Можете ко мне. Вон мой дом – третий отсюда. Или в школу. Ночью там сторожем Иван Федосеев – всю ночь не спит, поможет если что. Я, кстати, там тоже ОБЖ преподаю. Только вон туда, – ткнул Коля пальцем чуть в сторону, – Не ходите. Там дорога на Самозлейку. Про нее тоже много всякого балакают. В общем, бывайте. Покажете потом ваше видео?

– Конечно! Обязательно покажем. Спасибо! – протянула руку Женя. – Мы пойдем.

– Ага. Давайте, – осторожно пожал ее лапку Коля. – Осторожнее будьте.

Пообещав быть настолько осторожными, насколько это вообще при их увлечениях возможно, друзья зашагали в указанном направлении. Погода была жаркая. Солнце палило нещадно, сгущая воздух, который будто отказывался свободно проникать в легкие. Поэтому, даже не смотря на небольшое расстояние, силы быстро начали покидать любителей тайн и загадок.

– Давай понесу, – примерно на половине дороги повторил Паше свое предложение Алексей. Его все больше давило какое-то неясное, но явно неприятное ощущение. Будто что-то внутри у него сломалось или испортилось. И теперь он будто бы другой человек. Не тот Леша из студенческой команды КВН, а какой-то другой, для которого все эти шутки со сцены не более чем кривляния. Это раздражало. Особенно потому, что распространялось не только на его любимую еще совсем недавно игру, а вообще на все. И на всех. Поэтому, не дожидаясь Пашиного ответа, Леша почти силой забрал у того баул. Раздражение росло и множилось. И это его тоже раздражало.

– Лех… – вытирая пот со лба, обратился к другу Павел, до этого предпочитая его не трогать. – Да не парься ты, а? Там, по любому, ошибка какая-то с этим отчислением. Вернемся – все и выяснится.

– Ты уже говорил, – ответил Леша, упорно глядя исключительно вперед. – И я не парюсь. Мне просто…противно.

– Что тебе противно? – Лена, ухватив косички руками, шла чуть в стороне, и старалась не попадать в пыльный шлейф, который стелился за Лешей по иссушенному проселку.

– Не думаю, что поймешь. Для тебя-то это в порядке вещей…

– Ой знаешь… – Лена зло сверкнула глазами и закусила нижнюю губу, чуть не разразившись бранью. – Шуруй давай!

Это была больная мозоль – Лену уже дважды пытались отчислить и один раз почти вынудили взять академический отпуск, но она, приложив немало усилий, смогла все свои ситуации уладить если и не миром, то весьма толковой дипломатией. Причем, надо отдать ей должное, причины всех этих ее неприятностей от нее никак не зависели – просто как-то так складывалось. Теперь же Лена вспоминать об этих ситуациях не любила, и каждый раз обижалась если кто-то заводил об этом разговор, тем более в таком тоне и контексте.

– Лех, перестань, – скривившись как от зубной боли, тронул друга за плечо Паша, – Она-то чем виновата? Тем более ты прекрасно знаешь ее ситуацию.

– Ты про декана, который к ней клинья подбивал и «кошмарил» потом, якобы за несговорчивость? И про то как за нее профессор заступался, конечно же из самых благородных помыслов? Ты веришь вообще, что так бывает? – Алексей сначала сам удивился словам, которые он произнес. Причем добровольно, без нажима и принуждения. Но, к еще большему своему удивлению, он совершенно об этом не пожалел.

– Прям вот некрасиво так себя вести, Лех. Ты уж прости.

– Прощаю, – вяло отозвался тот и сошел с дороги на траву. – Срежем. Вон я знак этот вижу.

Впереди, возле каких-то кустов, действительно маячила странная конструкция из перекрещенных палок, прибитых к прочно вкопанному в землю длинному шесту. За этим знаком и кустами не было видно ничего кроме невысокой травы и лесополос вдалеке.

– Не трогайте его пока, – Женя взяла Лену и Пашу под руки, – Успокоится. Давайте лучше решим, что будем делать, когда женщина эта появится.

– Ну как… – обрадовался Павел возможности сменить тему и течение мыслей. – Попытаемся установить контакт. Видео и аудиофиксация. Фото. Держимся вместе и каждый выполняет свою работу. Все стандартно.

– Это-то да, – Женя немного потянула его руку вниз, – Схема действия у нас продумана. Но я о другом. О том, что мы этими стандартами так ни разу и не воспользовались. Просто потому, что ничего из того еще не нашли что искали.

– Ну и что тогда?

– А то, что у меня сейчас предчувствие какое-то. Что вот здесь, может сегодня, может завтра, но мы точно ее увидим.

– Ну я не удивлен, – Паша довольно растянул в улыбке рот. – Ты же тоже у нас ведьма. Своя, личная.

– Потому что рыжая? Смешно. На костре только не жгите.

– Ну я-то тебе обещаю, ты меня знаешь. А вот за Алексея не поручусь…

– Дурак ты, Пашка. И шутки у тебя дурацкие. Есть еще? – веснушки на Женином лице снова пришли в движение от смеха. – Так вот… Я о том, что нам делать, если она попытается на нас…напасть… Просто мы всегда, почему-то, исходим из того, что никакой агрессии по отношению к нам проявлено не будет. Но, а вдруг?

– Вдруг сама знаешь, что бывает… Но вопрос резонный. Сейчас дойдем – вместе решим.

– Да ничего мы так не решим, – скривилась Лена. – Леша опять спектакль устроит, и выпадет из обоймы. Мол, делайте, что хотите. А когда один сам по себе, и его нельзя бросить, а его нельзя, то любой план идет коту под хвост. Иными словами…

– Что за речи, Лен? – изобразил Павел деланное удивление. – У тебя между косичками искра что ли проскочила?

– Паш, тебе это не идет. Перестань, – фыркнула она. – Я, может, и не так умна-начитана как некоторые, и выгляжу тоже не доктором наук, но не курица же тупая. Так что завязывай с этой ерундой, ее есть кому исполнять, – она коротко кивнула в сторону Леши, уже топтавшегося у знака.

– Ну да… – Павел слегка покраснел. – Прости. Пошутил неудачно.

– Ой, хватит, а? Я все прекрасно понимаю. И не обижаюсь. Обо мне иного так сразу и не подумаешь. Но это не остроумно, так как мы с тобой давно знакомы, и ты прекрасно меня знаешь. С Леши спроса нет, он весь такой в себе, а теперь и психический еще. А ты-то чего?

– Кто последний, тот курица! – вдруг сорвавшись с места, крикнула Женя, и побежала вперед. Ее сумка смешно тряслась на спине.

– Ах ты… – Лена грозно округлила глаза, но было видно, что идея ей понравилась. – Ведьма! – она бросилась за рыжей шевелюрой, на ходу отбросив в сторону мешающий бегу рюкзак.

Паша с улыбкой подобрал Ленину поклажу и пошел следом. Он был благодарен доброй и милой Жене за такой исход зашедшего в тупик разговора. Последние пару дней давались ему нелегко. Вся эта напряженная обстановка, разом образовавшаяся после известий из института, не лучшим образом сказывалась на их поездке, и он чувствовал себя виноватым. Ведь это он всех сюда притащил. Вины его, конечно же, никакой не было, и ему это даже ясно виделось, но легче от этого почему-то не становилось. Паша всю голову сломал тем, что постоянно думал как бы все наладить, разрядить обстановку, расслабиться. Но все попытки были тщетны. Поэтому немудренная Женина шалость очень его обрадовала. Он сам, казалось, уже утратил способности к подобному.

– Ну что тут у вас? – спустя пару минут подошел Паша к стоящим в ряд друзьям.

– Да вот… Предупреждение.

Перед ними находился тот самый знак. Это был действительно длинный шест неизвестного происхождения, врытый в землю. На него были крест на крест приколочены две доски. В центре находилась большая икона Николая Чудотворца под стеклом. Несколько икон поменьше были развешены по всей поверхности импровизированного креста в хаотичном порядке. Все свободное от изображений святых место было исписано различными надписями. Помимо этого, и на самом кресте, и на шесте были повязаны несколько молитвенных поясов, трепетавших растрепанными концами на горячем ветру.

– Что это? – попыталась прочесть одну из надписей Женя. – Никогда такого не видела…

– Это по-мордовски, – оценил текст подошедший Павел. – Я не очень разбираюсь, но это какая-то молитва. И это… Вон, видишь, по-русски тоже…

– Да уж, аутентичненько, – поправил на спине баул Леша. – Забавный язык. Как будто птичий.

– Ну это с непривычки только, – пожал плечами Паша. – Обычный язык.

– Угу. Надо понимать нам на двух языках намекают туда не ходить?

– Возможно даже на трех… – Паша задумчиво изучал надписи. – Тут вот, похоже на эрзянском написано – это другой диалект. Остальное на мокшанском.

– Ясно. Но минутку этники на потом перенесем, хорошо? А пока давайте решим, что делать будем. Если вдруг кого-то напугало это творение, то я с удовольствием присоединюсь, и буду готов двигаться в обратном направлении. Благо мне есть чем заняться.

– Вот почему я не удивлена? – снова закипела Лена. – Ты вот зачем вчера согласился продолжать, когда тебе предложили вернуться? Вот прям почти сразу как тебе все сообщили. А? Зачем нужно было сюда переться? Никто бы не обиделся, не разозлился – все ж все понимают. Ну? Отвечай? К чему сейчас эти разговоры в пользу бедных?

– Ого! Вот это речь! Никогда бы не подумал… – Алексей неприятно оскалился, изображая улыбку.

– Так, давайте перестанем. – грустно наблюдавшая за перепалкой Женя, погладила обоих спорщиков по спине. – Никто не испугался, и Леша не хотел никого обидеть. Правда, Леш?

– Правда, – его улыбка стала издевательской, – Тебе ли, как ведьме, этого не знать. Может это родственница тут твоя бродит? Такая же, без души – пустая и скучная. Как моль, – он чуть подумал. – Рыжая моль.

– Лех… – Павел положил руку на плечо другу. – Завязывай. Тебе кто тут что плохого сделал? Ты сам согласился продолжать, тебя никто силком не тянул.

– Да понял, понял… – Леша вырвался из-под руки, поправил баул и пошел вперед. – За мной, кто в штаны не наделал, – бросил он через плечо, умышленно задев баулом за знак, отчего тот скрипя закачался, утеряв пару иконок.

– Я подниму, – тихо сказала Женя и как-то слишком поспешно бросилась возвращать их на место. – Вы идите, хорошо? – голосом, в котором легко угадывались слезы, произнесла она. – Не обращайте на меня внимания. Ничего страшного. Я вас догоню. И не думайте ни про кого плохо, пожалуйста.

– Ничего страшного… – Лена, шагая, зло теребила свои косички. – Как же! Девчонка за всех переживает, к любому из нас готова хоть на край света лететь на помощь, даже если у нас просто соль закончилась. А он ей – «без души»! Ну сейчас я ему задам… – ее глаза сверкнули неподдельным гневом, и она даже ускорила шаг.

– Лен… – Павел едва успел поймать ее за руку. – Не надо. Она же просила.

– Уффф… – Лена остановилась и принялась трясти сжатыми кулаками над головой. – Как меня это все достало! Ты даже не представляешь. Ведь нормальный же человек в обычном состоянии! Но стоит хоть чему-то, хоть чуть-чуть не по его пойти – пиши пропало. Ты прости, Паш, но с ним я больше никуда не поеду.

– Хорошо, Лен. Я понял. Но давай сейчас хотя бы потерпим… Последний раз.

– Хорошо... – силы покинули только что весьма разъяренную Лену. – Только ты поговори с ним, чтоб хоть немного берега видел. Иди, а я тут Женьку подожду.

– Договор.

Леша тем временем уже достиг пункта назначения, сбросил на землю баул и стоял, слегка подмочив обувь, на чавкающем краю небольшого, метров пять в диаметре, болотца. Вид у болота был самый что ни наесть классический – ряска, тина, мох, рогоз, какая-то трава и немного воды. Необычным было только его расположение – посреди совершенно сухого поля, когда, казалось бы, ничего не предвещало – самое настоящее болото.

– Интересно даже, – ухмыльнулся Леша. – Никогда такого не видел. Не то, чтобы я специалист, но болотистые места я всегда иначе представлял.

– Ну он же, этот Коля, нам сказал, что тут озерцо раньше было. А заболачивание и пересыхание водоемов вполне естественный процесс, – Павел, первым подошедший к нему, с радостью принялся отвечать. Ему показалось, что Лешино замечание было сказано уже в нормальном состоянии духа.

– Ага. И в том озере ведьму утопили. Типа нашей – бездушной.

– Ну да. Так и сказали же. Только, Лех…

– Слушай… Знаешь что, Паша?.. – Леша резко обернулся, лицо его было перекошено презрительной миной. – Вы так меня все бесите. Я не могу просто. Лена эта – ума как у колена. Курица. Женя – овечка блаженная. Такая вся нежная, такая всегда на помощь она спешит. Тьфу! И я как дурачок таскаюсь с вами по этим…с-сказочным местам. Деревня призрак! Зеленые человечки! – он с силой пнул болотистую почву, метнув в сторону увесистый, брызжущий во все стороны водой, комок. – И тут – черная, блин, женщина! Да мне с обычным муравьем интереснее чем с вами! Ну вот и скажи мне – нафига мне это все?

– Не нафига… – печально отвернулся от него Паша. – Тебя никто трогать не будет, и ты никого не трогай. К девчонкам не лезь. Дай людям отдохнуть. Больше мы тебя не потревожим.

– Премного благодарен, – Леша глубоко поклонился, коснувшись пальцами болотной воды, но Паша уже не оборачивался.

Продолжение следует...