Ритуал 5М (Панчамакара) в Тантре включает использование пяти элементов, названия которых на санскрите начинаются на букву «М»:

Мадья (вино).

Мамса (мясо).

Матсья (рыба).

Мудра (поджаренные зерна).

Майтхуна (сексуальный союз).

«Вход через черный ход» Рамакришна признавал, что для некоторых душ (героического склада, вира-бхава) этот путь может быть действенным, так как он учит видеть Бога даже в самых грубых и чувственных аспектах бытия. Однако для большинства людей он считал этот путь гибельным.

«Это путь вхождения в дом через уборную», — говорил он. — «Зачем идти через грязь, если есть парадная дверь чистого бхакти (любви)?»

Он предупреждал, что удержать ум на Боге во время чувственных наслаждений (секса или опьянения) почти невозможно: «Многие пытались и пали. Это подобно танцу с горшком полным воды на голове — один неверный шаг, и всё потеряно».

Тем не менее, сам Рамакришна прошел этот путь до конца. В 1861 году в Дакшинешвар прибыла Бхайрави Брахмани — йогини и знаток Тантры. Она увидела в Рамакришне редчайший сосуд духовности и провела его через сложнейший курс обучения.

1. Сиденье из черепов (Панчамунди-асана) Для выполнения самых серьезных ритуалов Бхайрави соорудила два специальных алтаря для медитации (асаны):

Один под деревом бильва на севере храмового сада (считается местом пробуждения Шивы).

Второй в роще Панчавати. Основанием для этих сидений служили пять черепов (панчамунди): черепа шакала, змеи, собаки, обезьяны и человека. Сидя на этих страшных символах смерти в глухую ночь, Рамакришна преодолевал всякий страх и отвращение, утверждая, что всё во вселенной есть форма Матери.

2. Практика 64 Тантр Под руководством Бхайрави он прошел через 64 основные тантрические дисциплины. Удивительно то, что практики, на которые у обычных садхаков уходили годы, Рамакришна завершал за три дня. Ему стоило лишь начать ритуал, как он мгновенно погружался в Самадхи.

3. Ритуалы (5М) Самое интересное — как он справлялся с требованиями 5М, соблюдая обет полного целомудрия и отвращения к опьянению. Он перевел физические действия в духовную плоскость:

Вино (Мадья): Бхайрави приносила вино для вкушения. Рамакришна не мог его пить — его тело физически отторгало алкоголь. Ему было достаточно коснуться капли вина языком или просто вдохнуть его запах, чтобы мгновенно опьянеть от Божественной Любви. Он говорил: «Я пью вино радости Матери, от которого не бывает похмелья».

Мясо и Рыба (Мамса и Матсья): Будучи бенгальским брахманом, он мог употреблять рыбу, но в ритуале часто требовалось преодоление отвращения. Он выполнял ритуалы, предлагая эти элементы Матери, и видел в них проявление жизненной энергии, а не еду.

Сексуальный союз (Майтхуна): Это был самый сложный момент. Когда ритуал требовал присутствия женщины (Шакти), Бхайрави приводила в храм женщину (иногда даже из низкой касты или блудницу). Рамакришна садился перед ней и... поклонялся ей как проявлению Божественной Матери. Он говорил: «О Мать, Ты явилась передо мной в форме этой женщины». Вместо вожделения его охватывал детский восторг перед Матерью Вселенной, и он впадал в глубочайший транс. Женщина для него исчезала как объект плоти и становилась живым образом Божества.

Тантрическая садхана научила Рамакришну видеть, что всё свято. Он перестал делить мир на «чистое» и «нечистое». После этих практик он мог воспринимать алтарь Кали и обычную траву с одинаковым благоговением.

Для него Тантра стала инструментом окончательного утверждения в мысли: «Всё есть Брахман, всё есть Шакти». Но своим ученикам он советовал не играть с огнем, а обращаться к Матери с чистой любовью ребенка.

12 января в Индии отмечают особый праздник — День молодёжи (National Youth Day), совпадающий с днём рождения Свами Вивекананды. Праздник напоминает о неразрывной связи между наследием мыслителя и устремлениями молодого поколения.

День молодёжи был официально учреждён правительством Индии в 1984 году. Его цель — вдохновить юношей и девушек идеями, которые когда‑то пробудили в обществе дух обновления и самосознания. В этот день по всей стране звучат слова Вивекананды, обращённые к тем, кому предстоит строить будущее Индии.

В школах, университетах и общественных центрах проходят встречи, дискуссии и творческие мероприятия. Учащиеся читают высказывания Вивекананды, размышляют над их смыслом и обсуждают, как воплотить эти идеи в повседневной жизни. Немало внимания уделяется волонтёрским акциям: помощь нуждающимся, экологические инициативы, просветительские проекты — всё это становится практическим выражением принципа служения, столь важного в учении Вивекананды.

На торжественных собраниях звучат его знаменитые слова: «Встаньте, пробудитесь и не останавливайтесь, пока цель не будет достигнута». Эта фраза давно стала девизом Дня молодёжи — она призывает не довольствоваться малым, а идти вперёд, преодолевая препятствия. Другой ключевой посыл — вера в собственные силы: «Вы должны расти изнутри наружу. Никто не может научить вас, никто не может сделать вас духовным. Нет другого учителя, кроме вашей собственной души». Эти слова напоминают каждому молодому человеку о внутренней мощи, которая способна изменить и личную жизнь, и общество в целом.

День молодёжи в Индии — это не просто памятная дата, а живой диалог поколений. Идеи Вивекананды о единстве, разуме и служении остаются актуальными в эпоху стремительных перемен. Они побуждают молодых людей видеть в себе не просто наследников прошлого, но творцов будущего — тех, кто способен объединить традиции и инновации, чтобы построить сильную, гармоничную Индию. Важный вклад Вивекананды в современность заключался в демистификации йоги и превращении ее в рациональную науку, доступную западному уму. На встрече с Николой Теслой в 1896 году Вивекананда предложил использовать ведантические термины Акаша и Прана для описания материи и энергии, что подготовило философскую почву для восприятия будущих открытий в области квантовой физики. Он утверждал, что религия должна быть столь же научной, как физика, заявляя, что лучше быть открытым атеистом, чем лицемером. Это создало прецедент для диалога науки и духовности, который продолжали Эрвин Шрёдингер и другие физики XX века, искавшие единство наблюдателя и наблюдаемого.

В политическом контексте Вивекананда стал архитектором индийского национализма, хотя сам никогда не занимался политикой. Он сформулировал идеологию, необходимую для сопротивления колониализму: отказ от психологии раба. Махатма Ганди прямо говорил, что после чтения трудов Свами его любовь к Индии выросла в тысячи раз, а Субхас Чандра Бос называл его духовным отцом индийского национального движения. В беседе с Петром Кропоткиным в Париже в 1900 году Вивекананда обосновал, что ни одна политическая революция не будет успешной без революции внутренней, духовной. Его знаменитый призыв «Встаньте, пробудитесь и не останавливайтесь, пока цель не будет достигнута» стал лозунгом, мобилизовавшим молодежь на борьбу за независимость, превратив пассивное население в активную нацию.

Социальный вклад Вивекананды материализовался в создании Миссии Рамакришны в 1897 году, которая институционализировала принцип служения человеку как Богу. Он ввел понятие Даридра Нараяна, означающее Бога в форме бедняка, и требовал от своих учеников, таких как Свами Садананда, конкретных действий, а не молитв. Во время эпидемии чумы в Калькутте именно ученики Вивекананды убирали улицы и ухаживали за больными, нарушая вековые кастовые запреты. Вивекананда требовал от нации «мышц из железа и нервов из стали», настаивая на том, что физическая слабость есть главный грех. Тем самым он оставил миру не новую религию, а методологию «созидания человека» (man-making), где духовность измеряется не количеством прочитанных мантр, а способностью личности брать на себя ответственность за судьбу общества.

Важным и часто упускаемым аспектом наследия Вивекананды является его радикальный подход к женскому вопросу и образованию, который шел вразрез с ортодоксальными традициями Индии XIX века. Он утверждал, что невозможно достичь благополучия мира, пока состояние женщин не улучшится, используя знаменитую метафору о том, что птица не может лететь на одном крыле. Это убеждение вылилось в конкретные действия через его ближайшую западную ученицу, сестру Ниведиту, которой он поручил открыть школу для девочек в Калькутте и вдохновил на активное участие в индийском национальном движении. Вивекананда видел в женщинах не объект защиты, а воплощение Шакти — первичной космической энергии, считая, что они должны сами решать свою судьбу без опеки мужчин.

В сфере образования Вивекананда выдвинул революционное определение, которое до сих пор остается эталоном для педагогики: образование — это не накопление фактов, а проявление совершенства, уже заложенного в человеке. Он критиковал современную ему систему за производство «клерков» и требовал обучения, формирующего характер, так называемого man-making education. Его жесткая критика кастовой системы и того, что он презрительно называл «религией не-трогай-меня» (don't-touchism), где вся святость сводилась к чистоте кастрюль, стала первым мощным ударом по социальному расслоению изнутри самой индуистской традиции. Он настаивал, что Веданта не должна оставаться в лесах и пещерах, а должна прийти в суды, школы и на рынки.

Кроме того, Вивекананда изменил саму парадигму межрелигиозного взаимодействия. На Парламенте религий в Чикаго он пошел дальше идеи толерантности, заявив, что толерантность часто подразумевает снисходительность, тогда как миру необходимо полное принятие. Его формула «Помощь, а не борьба; Взаимопроникновение, а не разрушение; Гармония и Мир, а не Раздоры» стала этическим фундаментом для глобализации, предвосхитив создание международных институтов диалога культур. Он первым предсказал, что Европа, стоящая на вулкане материализма и милитаризма, неизбежно придет к катастрофе, если не уравновесит свою внешнюю активность внутренней духовностью, что трагически подтвердилось мировыми войнами XX века. Таким образом, Вивекананда выступал не как хранитель древностей, а как футуролог, предлагавший конкретные методы выживания цивилизации через синтез западной организации и восточного самопознания.

В ноябре 1881 года Нарен (Вивекананда) впервые встретился с Рамакришной. Рамакришна сказал: «О, как поздно ты приходишь. Я так давно жду тебя, Лорд! Я знаю твое древнее имя — Нара. Ты пришел на землю исполнить миссию человеколюбия».

Нарен принял эти слова за экзальтацию сумасшедшего — его рационализм не позволил ему принять Рамакришну. Но он все-таки спросил: «Сэр, Вы видели Бога?»

После минутного молчания, полного волнения, последовал ответ: «Да, я видел Бога. Я видел Его так близко, как вижу сейчас тебя, только еще ближе. Бога можно видеть. С Богом можно говорить. Но кто беспокоится о том, чтобы найти Его? Люди проливают потоки слез из-за жен, детей, здоровья и богатства, но кто страдает от отсутствия общения с Богом? Если кто искренне возжаждет Бога, он достигнет Его».

В следующий раз Рамакришна прикосновением погрузил Нарена в экстаз. Ощущая приближение Смерти, Нарен воскликнул: «Что Вы делаете со мной? У меня родители, братья, сестры! Меня ждут дома!» Рамакришна улыбнулся, щелкнув его по носу: «Хорошо, все придет в свое время». Нарен решил, что это гипноз.

Рамакришна же знал Нарена. Задолго перед его приходом, погрузившись в Самадхи, Он, отделившись от своего плотного тела, вышел в область Солнца и достиг сферы чистых Идей. Там Он увидел Семь Риши. На коленях одного из них появился младенец, в радости пролепетавший: «Я иду на Землю, пойдем со мной!»

Луч Света упал на дом, в котором родился Нарен. Когда он впервые появился перед Рамакришной, Учитель тотчас узнал его. Но Нарен был представителем нового поколения. Его разум требовал логического осознания этих иррациональных истин. Обладая изумительной чистотой и честностью, он не хотел ничего принимать на веру, не пропустив это через свое сознание и не сделав это частью своей собственной природы.

Пять лет Нарен близко наблюдал Учителя, не позволяя себе поддаваться обаянию Его облика. И Рамакришна ни разу не потребовал от Нарена слепой веры. Он любил Нарена беззаветно. Однажды Он сказал: «Я видел у Виджая божественный свет, светящийся, как пламя свечи, но Нарен ослепляет Солнечной радиацией». Когда Ему сказали, что это слишком, Он ответил: «Вы думаете, это мои слова? Святая Мать говорит мне то, что я только повторяю. А Она говорит только истину». Сам Нарен был почти возмущен. Он начал избегать Учителя. Именно в это время он был подвержен сильному влиянию Западной философии. Однажды он сказал Рамакришне: «Чем больше Вы возвеличиваете меня, тем больше я убеждаюсь в беспредельности Вашей фантазии». Рамакришна был опечален, однако с улыбкой ответил: «Ты разбойник. Я больше не хочу слушать тебя. Мать сказала, что я люблю тебя, потому что вижу в тебе Божественное проявление. В день, когда я больше не увижу в тебе Бога, я не брошу на тебя ни одного взгляда».

Нарен часто не приходил к Учителю неделями, и тогда Рамакришна изнемогал от тоски. Однажды Он посетил Калькутту, где нашел Нарена поющим в «Брахмо самадже». При виде Нарена Рамакришна впал в экстаз. В другой раз Он нашел его дома. Рамакришне сказали, что Нарен занимается с друзьями в комнате на втором этаже. Рамакришна поднялся на несколько ступеней, Нарен вышел, услышав шум. При виде Нарена лицо Рамакришны изменилось, почти теряя сознание, Он прошептал: «Нарен, мой любимый!»

Свами Никхилананда

ВИВЕКАНАНДА

Я и сам немного шактер - раз шиваит...