1) Друзья накопили и дали вам деньги, чтобы вы могли взять отпуск и написать роман, об идее которого прожужжали им уши. Вы отправляетесь в приключение, потому что вам отчаянно нужна история, которая могла бы лечь в основу этого великого романа, прежде чем ваши друзья поймут, что вы ничего еще даже не начинали писать.

2) Принцесса, сбежавшая из дома, чтобы испытать все прелести жизни, прежде чем ее принудят выйти замуж.

3) Рейнджер — исследователь, отправившийся в дикую местность, чтобы попытаться найти новый вид животного или растения, который мир никогда раньше не видел. Рейнджер, который заблудился в лесу и слишком смущен, чтобы признать это.

4) Главный герой, который вырос как оберегаемый родителями принц, узнал о страданиях в мире и решил что-то с этим сделать.

5) Трудолюбивый крестьянин, который ошибся дверью и оказался в странной пещере рядом с костями давно умерших искателей приключений. Хороший способ найти стартовое снаряжение. Также можно закрепить крючок, если хотите, найти странную карту, давно просроченное письмо и т. д.

6) Игра странствующим библиотекарем (жрецом или монахом, например), у которого есть небольшая тележка с книгами. Он оставляет книги в городах, где они нужны, в то время собирая новые книги, чтобы доставить их куда-то еще во имя знаний.

7) Персонаж — пиратский принц, семейная традиция которого заключается в том, что каждый будущий король пиратов должен отправиться за границу и научиться управлять своей собственной «командой».

8) Вы работали в небольшом магазине, пока однажды туда не ворвалась небольшая группа искателей приключений, сражающихся с «плохими парнями». В хаосе вам удалось спасти жизнь одного из них, вовремя отбив стрелу сковородой. После драки, в уверенности, что вы потеряете эту работу из-за всего причиненного ущерба, вы ушли с приключенцами, поменяв мирную жизнь в маленьком городке на захватывающую жизнь приключений.

9) Как адвокат гильдии приключенцев, ваша работа — путешествовать и привлекать людей к вступлению в нее, а также делиться знаниями между отделениями в городах. Вы обнаружили, что жизнь, полная приключений, хорошо сочетается с этой работой, с личной, финансовой и профессиональной точек зрения. Люди с большей вероятностью будут присоединяться, если вы вызываете восхищение и производите впечатление.

10) Герой — картограф из далекой страны, пытающийся составить карту местности, поэтому он отправляется с группой скитальцев, чтобы оставаться в большей безопасности, чем в одиночку.

11) Персонаж отправляется в путешествие, чтобы накопить денег на обучение своего брата/сестер в колледже магов. Ни одна из работ в их родном городе не приносила достаточного дохода, поэтому нужно отправляться в путь.

12) Герой любит вкусно поесть и ему надоели одни и те же блюда снова и снова в его родном городе. Он хочет попробовать все виды еды, которые только можно.

13) Герой стал авантюристом, потому что этим занимался человек, в которого герой влюблен. Этот человек, в конечном итоге женился на ком-то другом, но теперь, став авантюристом, герой обнаружил, что это действительно круто, и не хочет отказываться от этой жизни.

14) Герои — дворяне низшего ранга, которые ненавидят придворную жизнь, поэтому они регулярно сбегают из дома, чтобы потусоваться с простыми людьми, пытаясь прожить жизнь, описанную в историях, которые им рассказывала в детстве их няня-простолюдинка.

15) Лесоруб, который раскаялся и решил защищаь природу (или был заколдован дриадой после того, как срубил ее дерево - и теперь должен исправлять содеянное).

16) Герой пытается расширить свою коллекцию монет, забирая ровно одну монету из каждой найденной кучи сокровищ, чтобы пополнить свою коллекцию.

17) Героя подобрала гигантская птица (которая приняла их за одного из своих птенцов/еду), когда он работал в поле. Он не знает дороги домой, поэтому ищет путь и просто извлекает максимум пользы из плохой ситуации.

18) С детства персонаж мечтал построить летательный аппарат. Он отправляется на поиски изобретателя и мудреца в мире, который мог бы научить его, как это сделать.

19) Персонаж влюблен в женщину, которая выше его по положению. Ее отец говорит герою, что он может жениться на его дочери только при условии, что подарит семье некий драгоценный и редкий артефакт в качестве приданого.

20) Персонаж — могущественный архимаг, который провел семь десятилетий в стране фей, забыв большую часть своей магии. Он решил путешествовать, чтобы освежить память.

21) Персонаж — дворянин, который недавно мирно унаследовал поместье; после того, как он растратил четверть своего состояния за шесть месяцев, дядя-опекун выгнал его на улицу до тех пор, пока он не научится финансовой ответственности.

22) В город приехал путешественник и испек восхитительный пирог, но на следующий день он исчез. Герой - начинающий повар, пытающийся найти этот золотой рецепт (или самого кулинара), чтобы воссоздать блюдо.

23) Семейная традиция. Твои родители были великими авантюристами, ты в деле с тех пор, как они потащили тебя в 15 лет в качестве факелоносца, а к 18 годам ты стал полноправным авантюристом. Папа потерял ногу, и они оба решили уйти на пенсию, так что теперь ты отправляешься в путь самостоятельно.

Я увлеклась изучением документов и почти не вслушивалась в монотонные голоса следователя, Лазарева и его подзащитного, как вдруг в кабинет влетела женщина в расстёгнутом засаленном пальто и накинулась на Дениса:

— О! И ты здесь, мразь! — воскликнула она, тыча в адвоката пальцем. — Из-за тебя этот урод уйдёт от ответственности! И где только денег на тебя наскрёб?! Все вы как проститутки — где больше денег дадут, там и лижете!

Лазарев, который на моей памяти никогда не лез за словом в карман, молчал, позволяя крикливой оппонентке выговориться. Застыл, словно каменное изваяние, и слова отскакивали от него, не причиняя вреда. Он оставался равнодушен, даже когда она стала крыть адвоката трёхэтажным матом и проклинать его и всю его семью до пятого колена. И женщина, наверное, не остановилась бы, если бы следователь не забрал у неё какие-то документы и не вытолкал за дверь.

Она продолжила шуметь уже в коридоре, выкрикивая что-то вроде: «Как вы все, сволочи, спите спокойно по ночам?!» — а в кабинете как ни в чём не бывало продолжился допрос.

Лазарев вёл себя спокойно, ни один мускул не дрогнул на его лице, словно этого цирка одной актрисы и вовсе не было. А я долго не могла собраться с мыслями и понять, что вообще произошло. Однако спросить напрямую при всех не решалась, а возможность поговорить выдалась, лишь когда Семён вёз нас обратно в бюро.

— Не хотите пообедать, Ева Сергеевна? — спросил Денис вместо ответа.

Я кивнула, потому что и правда успела проголодаться.

Вскоре мы оказались за столиком ресторана на верхнем этаже высотки, соседней с нашим бизнес-центром. Всё вокруг было верхом эстетики и совершенства: облицованные деревом стены, тяжёлые портьеры панорамных окон, накрахмаленные скатерти на круглых столах и сверкающая чистотой фарфоровая посуда. Это, пожалуй, напоминало бы свидание, если бы не разговоры, которые мы вели:

— Кем была эта женщина? — снова спросила я, когда нам принесли заказанные салаты.

— Жена погибшего потерпевшего в том уголовном деле, которое вы фотографировали сегодня, — флегматично отозвался Лазарев. — Даже странно, что вы не догадались.

Не то чтобы не догадывалась, просто уголовных дел в его производстве достаточно много, потерпевших по ним — тоже. Я могла её понять. Когда погибает близкий человек, желание найти виноватых вполне объяснимо, а до содержащегося в изоляторе обвиняемого женщине было не дотянуться. Но зачем вообще следователь, зная её настрой, позволил им с адвокатом встретиться?

— Вам что, не захотелось ничего сказать ей в ответ? Оправдаться как-то? Это выглядело как… — запнулась я, подбирая подходящее слово.

— Трусость? Унижение? — любезно предложил варианты он, а я, доев и позволив официанту забрать пустую тарелку, пожала плечами. Денис усмехнулся: — Так выглядит достоинство, Ева Сергеевна.

— И вам совсем не хотелось ответить ей что-нибудь столь же оскорбительное? Эмоции всё-таки никто не отменял.

— Ответив, я лишь затянул бы этот конфликт до бесконечности. Я ведь не первый год работаю и успел испробовать разные варианты. Можно сыпать ответными оскорблениями, можно оправдываться и объяснять, что просто делаешь свою работу, но игнорировать — лучшее решение из возможных. Ругаться и драться нужно с равными, а с такими, как она, это лишено смысла.

Подали горячее, и я позволила себе насладиться истекающим соком говяжьим стейком, какой точно не сумела бы приготовить сама. Да что там сама! Такой бы, наверное, даже Аллочка не приготовила.

— И всё же, наслушавшись подобного, наверное, непросто спать по ночам? — полюбопытствовала я, вспомнив, что он обычно допоздна переписывается с Яной, которая на самом деле — я.

— После нескольких лет работы приобретаешь определённую толстокожесть и перестаёшь воспринимать все эти заявления близко к сердцу. Адвокатом вообще редко бывает кто-то доволен, и людская злоба со временем воспринимается как неотъемлемая часть профессии.

— А как же подзащитные?

— Они — в первую очередь, — хмыкнул Лазарев, разрезая ножом свой стейк. — Получив обвинительный приговор, считают, что виноват адвокат, а не их признательные показания, лица на видеозаписях и откровенные разговоры с подельниками по прослушиваемому телефону. Мягкий им обычно тоже не нравится — значит, адвокат недостаточно постарался и приговор мог бы быть оправдательным.

— А оправдательный? Слышала, в вашей практике и они не редкость.

— Оправдательный подзащитные считают своей заслугой, мол, это означает, что они невиновны, а адвокат срубил с них денег и ничего особенного не сделал, — усмехнулся Денис, пожав плечами.

Я позволила себе улыбнуться, потому что его слова звучали как анекдот, хотя после сегодняшнего представления я не сомневалась в их правдивости. Лазарев говорил отвлечённо, даже с некоторым цинизмом, словно ничего из сказанного его не касалось. Хотя всего пару часов назад я была свидетелем того, что касалось, и ещё как.

— Тогда не проще ли было бы выбрать работу поприятнее?

— Может, и проще, но я не любитель искать лёгкие пути. Адвокатская профессия позволяет не нуждаться ни в чём, какой бы она ни была. Я не привык упускать очевидную выгоду. К тому же порой бывает интересно.

Отрывок из книги «По ту сторону экрана». Автор — Татьяна Миненкова. Издательство — Империя Илин.

В этот раз они дрались с особой злостью, но сила Гостомысла уступала Злату. И Белозёров, впечатавшись в стену, зашипел от боли.

— А я тебе говорил: чем лучше гнётся спина, тем меньше синяков на ней, — сказал Кожемякин и, довольный, ухмыльнулся. — Травник, тащи сюда лошадь.

— Она… не твоя, — выдавил Светлояр, пряча игрушку за спину.

— Это кто тут у нас осмелел? — Кожемякин навис над Светлояром, который был на полторы головы ниже него. — Мне что, тебя на дверь за шиворот повесить?

Светлояр закрыл глаза. Мальчик боялся боли, да его и не били никогда, но Гостомысл доверил ему свою игрушку, и просто так Светлояр сдаваться не собирался. Кто-то дёрнул его за руку, Светлояр открыл глаза и увидел перед собой спину Гостомысла.

— Отойди от него и лапы свои убери. — Гостомысл наклонил голову и исподлобья посмотрел на Кожемякина.

Злат размахнулся, но его удар не достиг цели: магическая энергия вырвалась из руки Гостомысла прямо в лоб Кожемякину. Вымогатель игрушек отлетел, снося телом стол и скамейки, и грузно упал. Гостомысл посмотрел на свою руку — и в ней вспыхнул магический огонь. Он шагнул к Кожемякину, присел возле него и произнёс:

— Тронешь хоть кого-то или отнимешь что-то — сотру в порошок. Можешь быть уверен.

Гостомысл не кричал, в его голосе не было угрожающей интонации, но все сразу поверили, что так и будет.

На следующий день всё училище сходило с ума из-за Гостомысла, который пробудил в себе магию в восемь лет. Мастера что-то проверяли, смотрели и восхищённо кивали головами. Теперь все хотели подружиться с юным талантом, только тот не впустил никого в своё окружение. Так и были они втроём: Гостомысл, Наволод и Светлояр.

А вот Злат Кожемякин остался один. Те, кто крутился вокруг него, моментально исчезли. Все знали, что Гостомысл Белозёров не шутит и если пообещал, то слова не разойдутся с делом. Места за обеденным столом вокруг Кожемякина опустели, а каждый, кто ещё вчера восхвалял его силу, сегодня язвил и старался унизить мальчика.

***

Лето вступило в свои права. Трое друзей расположились на заливном лугу возле излучины реки. Наволод показывал, как формирует рунные круги. Светлояр и Гостомысл пытались за ним повторить.

— Вы их совсем не чувствуете? — Наволод удивлённо посмотрел на друзей. — Руна же… Она как живая! В ней стихия заключена.

— Не чувствую, — своим спокойным голосом ответил Гостомысл. — Покажи мне готовую, я её повторю и активирую, а вот эти все художества не моё.

— А мне нравится, — не согласился Светлояр. — Наволод, покажи ещё.

Гостомысл Белозёров развалился на траве, подставляя лицо солнцу. Наволод и Светлояр были рядом, рисовали свои руны, ругаясь из-за их последовательности в печатях. День обещал быть прекрасным: им дали разрешение через две недели посетить свои семьи. Однако скоро бубнёж друзей, от которого у Гостомысла возникло стойкое желание спать, перекрыл шум, идущий от реки. Трое мальчишек пристали к кому-то, кто ловил рыбу на небольшом, устроенном на реке мостке. Один из них пинком сбил корзину с уловом в реку. Раздался смех.

Гостомысл встал и направился к реке: очень ему хотелось взглянуть на смельчаков, нарушивших его отдых. Двое любителей рунной магии сразу последовали за ним. К их удивлению, тем, кто остался без улова, оказался Злат Кожемякин. И сейчас он рассматривал троих напавших.

— Ну и? Что ты нам сделаешь? — открыто веселился мальчишка лет одиннадцати. — Белозёров тебя быстро тонким слоем раскатает.

— Что сделаю? — Кожемякин задумался. — Всех троих в речку кину.

Злат так быстро сгрёб их в охапку и швырнул в холодную воду, что веселящаяся компания и пикнуть не успела.

— Всё, Кожемякин! Конец тебе! — вынырнув, крикнул самый старший из троицы. — Я всё Белозёрову расскажу!

— Можешь не утруждаться, я тебя и так слушаю, — раздался сзади знакомый спокойный голос.

Злат обернулся: да, сзади стоял Гостомысл Белозёров собственной персоной, величественный и невозмутимый, что лично Кожемякина несказанно бесило.

— Он на нас напал! — увидев подмогу, моментально заголосила плавающая в реке троица. — Кожемякин так и не перестал задирать всех!

— Серьёзно? — На губах Гостомысла появилась злая ухмылка. — По-вашему, я настолько туп, что даже ничего не видел?

Гостомысл резко взмахнул рукой, в воздух взлетели разрезанные, словно мечом, листья кувшинок.

— Если произнесли моё имя, готовьтесь принять последствия, — сказал Белозёров. Ещё один взмах рукой — и волна отнесла троих мальчишек от берега. — Это первое и последнее предупреждение.

— Слушай, красиво сказал, — неожиданно подал голос Кожемякин и расплылся в улыбке. — Надо будет запомнить.

— А ты почему позволяешь им так с собой поступать? — Гостомысл хмуро поглядел на Кожемякина.

— Скучно было, — пожал плечами тот, — все что-то учат, а мне это не интересно. Я бы лучше на охоту сходил или хоть на рыбалку.

Гостомысл молчал: в его голове созревал безумный план. Он взмахом руки вытащил из реки сброшенную корзинку, подхватил удочку, кивнул Кожемякину и сказал:

— Идём, покажу, где лучше клюёт.

— Да запросто. — Кожемякин расплылся в улыбке. — А ты рыбу-то готовить умеешь?

— Наволод умеет, — не оборачиваясь, произнёс Гостомысл.

Наволод со Светлояром переглянулись, но спорить не стали: Гостомысл никогда не принимал необдуманных решений. И если он решил добавить в их компанию наглого, несносного драчуна Кожемякина, значит, в этом тоже был какой-то сакральный смысл. Ребята просто не знали, что Гостомыслу тоже было скучно и ему нужен кто-то, с кем можно сходить на рыбалку и померяться силой, а не только учиться.

Отрывок из книги «Зов разлома», том 1. Автор — Ольга Титова. Издательство — Империя Илин.

— Ты ему заразу в раны занесёшь, — подходя к ребятам, краснея, произнёс Светлояр.

Те с удивлением взглянули на маленького травника.

— А как надо? — поинтересовался Наволод. — Я в лекарском искусстве не силён.

Светлояр достал тщательно оберегаемый им мешочек, вынул из него небольшую, плотно закрытую, глиняную бутылку и кусок холщовой ленты.

— Подвинься, — попросил он Наволода.

И, открыв бутыль, полил её содержимым рану на спине. Гостомысл сморщился, вокруг раны зашипела белая пена. Светлояр дождался, пока шипение не исчезнет, и повторил снова. Когда рана, по его мнению, стала достаточно чистой, Светлояр нанёс на неё мазь и перемотал холщовой лентой.

— Пару дней не снимай, — убирая лекарства в мешок, произнёс Светлояр. — Должно быстро зажить.

— Здорово у тебя получается, — улыбнулся Наволод. — А я вот подорожник от лопуха не отличу.

Светлояр изумлённо взглянул на мальчика.

«Такое вообще может быть?»

— Наволод, ты помоги ему, не зря ведь он сюда пришёл, — распорядился Гостомысл.

— Понял, — кивнул толстячок. — Ну, что ты тут искал?

— Да я сам справлюсь, — смутился Светлояр. — Вы отдыхайте.

— Э нет, друг, так не пойдёт, — усмехнулся Наволод. — Гостомысл не любит в должниках быть. Так с чем помочь?

— Да мне всего лишь кора ивы нужна на отвар кровоостанавливающий, а река разлилась — не подойти, — пояснил Светлояр. — Приду через неделю, как вода спадёт.

— Идём, покажу тебе ивы, — надевая рубаху и вставая с земли, ответил Гостомысл. — Может, и нам ещё не раз твой отвар понадобится. Продашь?

— Да я и так дам, — ответил Светлояр. — Мне всё равно лечить некого, да и лекарь я ещё не настоящий.

— Не скромничай. — Наволод, расплывшись в улыбке, хлопнул его по спине. — Слышал я, как травницы тебя хвалят. Из всех нас ты в этом лучший.

— Это они так шутят. — Светлояр покраснел, но внутри радовался: никто ему такого никогда не говорил.

— Вот в мою сторону они так не шутят, молча терпят, — хохотнул Наволод. — А Гостомыслу так вообще только котёл мыть доверяют.

— Зато он всё знает! — возразил Светлояр. — В прошлый раз он аж через два дня слово в слово повторил всё, что рассказывал мастер зелий. А теория магии? Там мастера только при одном его виде стоят в восхищении.

— Да, Гостомысл такой, — кивнул Наволод.

— Ну если вы мной восхищаться закончили, то, может, пойдём? — спросил Гостомысл. — Хотя я могу и подождать, пока вы не выговоритесь.

— Вот ты деревянный какой! Тебя хвалят — хоть бы улыбнулся, что ли, — надулся Наволод.

— Я себя знаю лучше вашего, так что хватит языком чесать, идёмте, — ответил Гостомысл.

Он направился вниз по реке, Светлояр и Наволод поспешили вслед за ним.

На ужине Наволод помахал Светлояру рукой, приглашая его за их с Гостомыслом стол. Все стали переглядываться: первый раз за всё время своенравный Белозёров и его друг пригласили кого-то за свой стол. И этим кем-то стал маленький травник Светлояр, трусливый и вечно плачущий от любого грубого слова. «Бесполезное приобретение», — подумали дети.

Отрывок из книги «Зов разлома», том 1. Автор — Ольга Титова. Издательство — Империя Илин.

Гостомысл прибыл на следующий день. Высокий, спокойный и невозмутимый он прошёл мимо Злата Кожемякина, словно того и не было. За ним семенил невысокий толстенький мальчик, который опасливо оглядывался как на Кожемякина, так и на окружающих.

Стоило только взрослым удалиться, как состоялась первая драка между Златом и Гостомыслом. Причём начало положил именно последний. Светлояр тогда совсем приуныл: один задира — это терпимо, но два — перебор. Однако впоследствии выяснилось, что Гостомысл никого не трогал, на чужое не претендовал, учился даже лучше тех, кто был старше, и никогда не позволял обижать Наволода. Светлояр завидовал, ведь сам он так и не нашёл себе друзей, и свободное время проводил у травниц, запоминая лекарственные травы и рецепты отваров из них. Жизнь у юного Светлояра была довольно унылой, а Кожемякин всё так же отнимал у других понравившиеся ему игрушки, раздавая оплеухи несогласным.

Так прошла зима, наступила весна, и тогда на учебной площадке снова сцепились Кожемякин с Белозёровым. В ход пошли деревянные мечи, которые им выдали для тренировки. Только вот сила Гостомысла и рядом не стояла с силой Злата, и будущему князю Белозёрову изрядно прилетало, пока их не растащили взрослые.

Отрывок из книги «Зов разлома», том 1. Автор — Ольга Титова. Издательство — Империя Илин.