Случайно ютуб в плейлисте закинул классику (Evanescence, bring me to life), думаю дай гляну как изменилась няша гот за это время, а там оказывается очень много времени прошло

А так она выглядит сейчас, даже не знал что она старше меня

Jesus Just Left Chicago (Live Grove Of Anaheim 2026 года)

Родина моя, ты — вкуса заиндевевшего рельса.
В детстве, помню, на спор — языком к металлу, дурак.
Прикипел. Не отдернешь. Хоть плачь, хоть мычи, хоть смейся.
Кровь солонит губу. И вокруг — только степь да мрак.

Это вкус не клубники, не сдобной, изюмистой плюшки,
Не заморских широт, где прибой лижет пятки песку.
Это вкус бесконечной, гремящей на стыках теплушки
По тайге, по судьбе, по без дырки ещё виску.

Ты — плацкартная полка, где ноги торчат в проходе,
Чай в стакане дрожит, словно связанный дикий зверь.
Я люблю твою ширь. Но в твоей, черт возьми, природе —
Этот хлоп сквозняком в незакрытую в вечность дверь.

Мы прилипли к тебе. Мы — примерзшая плоть неживая.
Нас везут эшелоны сквозь дым, сквозь года, сквозь сны.
И когда нас от сиськи твоей, с мясом рвя, отрывают —
Мы становимся сразу смертельно и страшно больны.

Говорят, есть металлы мягче, теплей, полезней.
Только мне-то зачем эта гладкая, сытая тишь?
Я — твой сын. Я — заложник своих железных болезней.
Я люблю этот холод. И то, как ты в дали летишь.

Мёрзлый рельс... Он, как правда, — кровит, обжигает и режет.
Но попробуй отпрянуть — оставишь полжизни на нём.
Этот скрежет колесный — он наш, он родимый скрежет.
С ним в обнимку мы дышим, и плачем, и ждём.

Пусть другие жуют ананасы в тепле и покое.
Мне же нужен твой иней, твой лязг и твоя верста.
Родина! Приговор? Или, может, счастье такое —
Не отклеить от рельса примерзшего насмерть рта?

Навигация: Начало истории, 10 — 72 день
Прошлая часть: День 93. Рок-концерт

Спалось немного холоднее, чем прошлой ночью, но я выспался.

Позавтракали в уютной атмосфере.

Приметил на стене табличку:

Ama la vida.

Amate a ti mismo.

Ama a tu familia.

(«Люби жизнь.

Люби себя.

Люби семью»).

За время нашего знакомства я не раз видел, как это работает. Как Хано, крепкий и суровый на вид мужик, осторожно снимает с себя паука. Как Даниэль заботится о каждом обитателе дома. Как их родители трепетно хранят любовь на протяжении десятилетий. Любить жизнь — значит уважать её во всех проявлениях, от насекомого до человека. Любить семью — заботиться, не забывая при этом о себе, потому что без здорового уважения к себе настоящая любовь к другим невозможна.

В этот день было решено отдохнуть на берегу моря. Стоит жара, надо искупаться.

Забились в микроавтобус и поехали. Кругом — здоровенные кактусы.

Не прошло и получаса, как показалась коса с пляжем. Парковка до горизонта...

Высадившись, Даниэль тут же заскочил на ближайшие скалы. А за ним и мы.

Лишь сполна удовлетворив детский азарт первооткрывателей, мы пошли искать себе место в пляжно-тентовом мире.

Точка отдыха организована как следует: стационарные здания, проточная вода. Закуски из морепродуктов выглядят сказочно: креветки, кальмары, крабы…

Мне достались кусочки рыбы с лимонным соком и пряностями. Вкуснятина!

Разузнав, что мы здесь надолго, я решил поискать более уединённое местечко.

Такое обилие отдыхающих способно отпугнуть не только животных…

По камням дошёл до места, где заканчивается коса. Тихо. Хорошо.

Но лучше надолго не уходить.

Так что вернулся к друзьям. Если бы не они, я бы не смог остаться посреди этого пляжа и на десять минут. Совершенно не переношу такой вид отдыха. Это ж пытка!

Чего я не ожидал, так это получить здесь интересный опыт. В какой-то момент люди вокруг начали аплодировать. К ним машинально присоединился и отец Хано, затем я — но с нескрываемым вопросом «Зачем?». Мне объяснили. Оказалось, если спасатели находят потерявшегося ребёнка, они свистят в свисток, чтобы дать знать. В шуме пляжа свисток трудно услышать, поэтому люди начинают аплодировать — и потерявшая малыша семья может сориентироваться по хлопкам. Такая вот адаптация к пляжным джунглям.

Крабы здесь пусть и не камчатские, но тоже здоровенные. С черными клешнями.

Ещё одним открытием стала кулинария: попробовал каких-то морских губок. Не могу сказать, что хотел бы добавки.

День, тем временем, незаметно подошёл к концу, и мы отправились обратно домой.

Здесь перед нами встала новая задача: нужно мясо для асадо, но на дворе воскресенье, а на часах 22:00… Вышли пешком, чтобы прогуляться и поискать. Встретили протестные надписи на стенах против вышек 5G… И тут люди боятся, что их сознание захватит Билл Гейтс? Что ж.

Прошли несколько километров по ночному городку, вышли на окраину и в каком-то сомнительном магазинчике в баррио отыскали чьё-то мясо. Годится.

Оставшийся вечер занимались его готовкой и беседами о музыке. Парни давали послушать свои любимые композиции, а я знакомил их с русским роком, который они нашли очень интересным. Прошлись и по «Арии» (они узнали знакомую песню «Беспечный ангел»), и по «Чёрному Обелиску». Через мощные колонки вышел почти концерт.

Этот вечер сделал нас ещё ближе.

Последний день в кругу семьи Мендес. Завтра я уеду, и этот круг временно разомкнётся. Но он не исчезнет.

Когда я пишу «в кругу семьи» — это не просто красивые слова. В этот круг входят все: Хано, Дани, их родители, друзья-музыканты, кошки, собаки, кролик-маньяк и я — случайный путник с рюкзаком. Homo sapiens тем и отличается, что может создавать родство не по крови, а по духу. Именно воображение наша сила и наше отличие от более сильных и более ловких животных. И вот парадокс: мы без труда верим в ценность бумажных денег — выдуманных символов, — но часто скептически относимся к ценности выдуманного, ментального родства. Семья Мендес для меня — очередное живое доказательство, что такое родство реальнее многих «реальностей».

Мои размышления прервал новый план: снова едем на пляж! Но теперь дикий.

В этот раз всё побережье было буквально усыпано жизнью, и я не про бесчисленные слои отдыхающих, а про представителей морской флоры и фауны. Это и огромные губки в камнях, и моллюски, рачки и крабы. Довелось даже найти небольшого кальмара! Всему этому биоразнообразию и чистоте местных вод Чили обязан всё тому же течению Гумбольдта, холодный поток которого несёт свои воды от самой Антарктиды, омывая западное побережье.

Нагулявшись вдоволь, мы сели наслаждаться закатом.

Погрузившись в свои мысли в отдалении от прибоя, я вдруг заметил, что Хано и Дани с детским азартом возятся у воды, ползают на коленях. Подхожу поближе и понимаю, в чём дело: начертили на песке рокерскую «козу». Довольные.

Они ещё не закончили, но я делаю кадр. Мгновением позже на пляж наступает большая волна и не оставляет ни следа от их бурной деятельности. Остаётся лишь мой снимок момента. Воспоминание.

Наша память работает точно так же. Время уйдёт, всё изменится, но я всегда буду помнить эти тёплые беседы с близкими по духу людьми. С теми, кто не считает мои размышления чем-то инаковым, радикальным. С теми, с кем я чувствую себя «своим». С кем я 1+1.

Завтра я отправлюсь туда, где меня пока ещё никто не ждёт. Дальше на север.

Чтобы оставаться в курсе событий, можете подписаться на телеграм. Там выходят анонсы. Карта с маршрутом и мои книги: got1try.ru.