История нашего мира в художественной литературе 2. Часть 19.1 «Путь к Заоблачным Вратам»: «Гуляка и волшебник» и «Посол Чэньского двора»
Всем привет!
Я обещала продолжить рассказ о том, как в конце VI века Китай вновь объединился, и вот этот момент настал. И на этот раз речь пойдёт о Северных династиях, и о том, что из них выросло. Читать эту часть не обязательно, но точно познавательно и, возможно, даже интересно.
В одном из прошлых постов (тут: История нашего мира в художественной литературе 2. Часть 8. «Империи шёлка») я упомянула, что сяньбийская Северная Вэй развалилась в 535-м году на Восточную (534-550) и Западную Вэй (535-554), а те, в свою очередь, превратились в Северную Чжоу (557-581) и Северную Ци (550-577), но не поделилась тогда подробностями. А надо бы. Вот в той книге – «Империи шёлка» – упоминался император Западной Вэй Вэнь-ди (535-551), чья жизненная история там, впрочем, сильно искажена. На самом деле он не обладал реальной властью (всем заправлял генерал Юйвэнь Тай), был женат первым браком на леди Ифу, а потом развёлся с ней по настоянию генерала, чтобы жениться на дочери печально известного жужаньского кагана Анагуя, однако следующим правителем стал его сын от первой жены – Фэй-ди (551/552-554), который, впрочем, тоже во всём подчинялся Юйвэнь Таю и долго на своём месте не продержался: генерал его сверг и на его место посадил его единокровного брата Гун-ди (554-557).
Дочери от второй жены у Вэнь-ди были тоже. И с учётом того, что понаписал Хакимов, ирония тут кроется в том, что трон, в конце концов, перешёл к зятю Вэнь-ди, только не потому что у него не было сыновей и не по доброй воле этого императора – просто одна из его дочерей, принцесса Хумо, стала женой сына генерала Юйвэнь Тая по имени Цзюэ. Пока жив был сам генерал, всё было у династии Юань туда-сюда, но стоило ему умереть в 556-м году, как весной следующего года его племянник Юйвэнь Ху организовал свержение, а спустя время и время убийство Гун-ди. Новым императором при этом он сделал Юйвэнь Цзюэ, в чём, надо думать, брак этого парня с Хумо им обоим очень пришёлся кстати. Так вот прекратила своё существование Западная Вэй и начала – Северная Чжоу.
Что касается Восточной Вэй, то она оказалась ещё недолговечнее, чем Западная, и поправить ею успел всего один человек – Сяо Цзинь-ди (534-550), которого тоже императором сделал генерал, только другой – Гао Хуань, и история этого государства развивалась зеркально. Император реальной властью не обладал, всем заправлял генерал, а после его смерти один из его сыновей, Гао Ян, низложил императора и сам стал править под именем Вэнь Сюань-ди (550-559), основав тем самым Северную Ци. Ещё два года жизни новый правитель подарил прежнему лишь по той причине, что Сяо Цзинь-ди был женат на его сестре, а императрица Гао любила своего мужа и всячески его оберегала. Но однажды брат вызвал её во дворец, а, когда она уехала, потому как отказ мог усугубить положение, подослал к бывшему императору убийц, которые расправились и с ним, и с его сыновьями. Да и после смерти Сюань-ди ему, несмотря на пышные похороны, покоя не дал – останки Сяо Цзинь-ди будто бы по его приказу выбросили в реку Чжан.
Не удивительно, что ещё Вэнь-ди и Юйвэнь Тай возмутились таким событиям и начали войну с Северной Ци. Разумеется, у них тогда ничего не получилось, но начало борьбе было положено. Удивительно, что это государство так долго продержалось, потому что мало того, что Западная Вэй, а потом и Северная Чжоу закорешались с тюрками, о чём я в прошлый раз упомянула, так ещё и правители в Северной Ци были так себе управителями.
(Изображение Вэньсюань-ди XVIII века)
Вот, к примеру, сам Вэнь Сюань-ди – поначалу провёл реформы, так, чтобы по полной обеспечить страну и деньгами, и рабочей силой, сколотил мощную армию, лично вёл войска в бой, пока воевал то с Западной Вэй, то с тюрками, то с киданями, то с жужанями, вмешивался во внутренние дела Западной (она же Поздняя) Лян, приказал историку Вэй Шоу (506-572) написать историю Северной Вэй (тут надо отметить, что сам император происходил из ханьской аристократии, но себя почему-то предпочитал причислять к сяньбийцам, а Северная Вэй, как мы помним, тоже была сяньбийской).
Вэй Шоу, к слову, написал историю и Северной, и Восточной Вэй, объединив своё повествование в «Вэй шу» («Книга Вэй» или «История Вэй»), но сделал это так, что подвергся критике за предвзятость и выставление предков многих знатных людей в невыгодном свете (из-за этого даже книгу его прозвали «Книгой Мерзостей» (кстати, на китайском по системе Палладия это пишется как «Huì shū»)), из-за чего на него наклепали доносов и несколько раз заставляли книгу переписать, пока всех всё не устроило. А вообще ему повезло, что он так легко отделался.
Потому что году этак в 555-м фляга у императора начала посвистывать всё конкретнее и конкретнее, что приводило к странным, а порой и жестоким поступкам как в частной жизни (так якобы он из ревности приказал суициднуть бывшему своей наложницы, а потом и саму наложницу изрубил в капусту и получившееся притащил на пирушку, чем конкретно шокировал собравшихся), так и в государственной (ему, например, пришло в голову оставить в стране только одну религию, он провёл публичные дебаты между буддистами и даосистами, присудил победу первым, а вторым велел стать буддийскими монахами, отказавшиеся остались без головы, буквально. Даосизм был запрещён). Про флягу, кстати, шутка с двойным дном – потому что вдобавок ко всему прочему Вэнь Сюань-ди начал беспощадно бухать, что только усугубило состояние и его, и Северной Ци.
В конце концов, алкоголизм, похоже, и свёл его в могилу, остановив тем самым его безумства и жестокости, и у власти оказался его сын под именем Фэй-ди (559-560), который, впрочем, долго там не продержался, потому что его дядька Гао Янь убил первого министра Ян Иня, на котором держалась вся Ци в то время, и сверг самого юного императора, которого потом приказал убить, ибо ему было пророчество, что Фэй-ди может вернуть себе трон. Узурпатор взял себе имя Ци Сяо Чжао (560-561) и под ним тоже продержался всего-ничего, потому что по какой-то странной иронии судьбы на охоте упал со своей напуганной кроликом лошади, слег с переломом ребра и вскоре после этого умер.
Уже на его преемнике Учэн-ди (561-565) государственная система Северной Ци начала конкретно идти по одному месту, потому что правитель, как это часто бывало, больше интересовался пьянками-гулянками, и даже его добровольная передача трона сыну – Гао Вэю (565-577) в этом плане стране никак не помогла, потому что тот оказался правителем ещё более некомпетентным: при нём административный аппарат стал трещать по швам, расточительство и казнокрадство достигли небывалых масштабов, а армия ослабла из-за того, что он в 572-м казнил полководца Хулю Гуана, в результате чего Ци начала терпеть одно поражение за другим. Гао Вэй при этом оказался настолько безответственным поцем, что в критический момент скинул бремя правления со всеми проблемами на сына – Гао Хэна (577), а сам попытался сбежать на юг в Чэнь.
Ну и «без лишних предисловий: мужчина умер» – потому что войска Северной Чжоу в то время совсем не бамбук курили и вскоре взяли столицу Северной Ци – Ечэн, вместе с Гао Хэном, а один из их генералов захватил и Гао Вэя, да притащил его в бывшую столицу. Поначалу император Северной Чжоу У-ди, походу, не знал, что с ними всеми делать и даже деликатно с ними обращался, но потом отдал приказ об уничтожении не только двух последних императоров, но и многих других представителей рода Гао. В общем, так Северная Ци и встретила свой конец. А вот Северная Чжоу успела провести до своего уничтожения несколько очень интересных лет. Кстати, о ней.
Юйвэнь Цзюэ под именем Сяо Минь-ди в 557-м проправил меньше года, т.к. был свергнут и убит всё тем же своим родичем – Юйвэнь Ху, который на его место поставил другого сына Юйвэнь Тая – Юя под именем Мин-ди (557-560). Но и тот у него очень скоро стал вызывать опасения, и мнительный Ху своего подопечного траванул. Но молодой император перед смертью успел сам назначить наследника – своего брата Юйвэнь Юна, который и стал тем самым знаменитым императором У-ди (560-578). Юйвэнь Ху вынужден был принять такой поворот событий и ничего не стал с этим делать, видимо, полагая, что сможет без проблем управлять 17-тилетним парнем, но не тут-то было.
Поначалу У-ди и впрямь вёл себя тише воды и ниже травы, но на деле тщательно готовился и спустя годы всё припомнил родичу, заключил его под стражу, а потом отдал приказ о казни, после чего его власть уже ничего не ограничивало.
Ещё до того У-ди заключил союз с Тюркским каганатом и даже женился на дочери Мукан-кагана (553-572), что здорово ему помогло в борьбе с Северной Ци. Хотя, надо признать, у правителей Северной Чжоу и Ци было немало общего. Вот У-ди, с одной стороны, боролся с роскошью (доходило до полного безумия вроде разрушения слишком шикарных дворцов), а с другой тоже устроил диспут между представителями разных конфессий, только победу присудил не буддистам, а конфуцианцам, а даосистам отдал второе место. В итоге в 574-м году и даосизм, и буддизм были запрещены, и в стране начались религиозные гонения. И на фоне вот этого всего император ещё всячески пытался наставлять на путь истинный своего сына от супруги Ли, но получалось не очень.
В 577-м году Северная Чжоу, как я и сказала, захватила Северную Ци, а потом начала готовиться схавать и Чэнь на юге. Чэнь тогда спасли два обстоятельства – во-первых, то, что тюрки вдруг смекнули, что союзник уж что-то чрезмерно усилился и дружить с Чжоу перестали.
Новый правитель тюрков Татпар-каган (572-581) принудил её заключить довольно для неё невыгодный мирный договор, согласно которому чжоусцы вынуждены были тюркам отправлять по 100 000 шёлковых тканей ежегодно и кормить за счёт казны тюркютские «посольства» в составе нескольких тысяч человек. Именно Татпар-кагану принадлежит процитированная в книге Хакимова «Империи шёлка» фраза – «Только бы на юге два мальчика (Северная Чжоу и Северная Ци) были покорны нам, тогда не нужно бояться бедности». Вдобавок к этому в 578-м, когда Северная Ци была покорена, Татпар начал против ослабленной Чжоу войну, поддержав бежавшего к нему Гао Шаои. Отпор им дать чжоусцы толком не смогли, потому что У-ди внезапно заболел и умер, что и стало вторым обстоятельством, временно спасшем Чэнь. А тюркюты вдоволь награбили северный Китай, неуспешно попытались захватить Цзюцзюань, но потом ушли. Вот такая вот печальная история про «дружбу народов».
Трон Северной Чжоу унаследовал тот самый неугомонный сын У-ди под именем Сюань-ди (578-579), который, несмотря на все старания бати, нормальным так и не стал. Не понятно, что творилось в его голове, но меньше, чем через год после своего воцарения он передал трон уже своему сыну Цзин-ди (579-581), а в 580-м году умер. Цзин-ди был ещё совсем ребенком, и потому, понятное дело, ничего не мог поделать с надвигающимся крахом империи.
В том самом 581-м году власть захватил в свои руки влиятельный чиновник Ян Цзян, отец главной супруги Сюань-ди, которую звали Ян Лихуа. От неё у чокнутого императора была лишь дочь, принцесса Эин, но Ян Цзяна это ничуть не смутило. Он вынудил маленького императора подписать отречение в его пользу, а потом устранил не только самого беднягу Цзин-ди, но и изрядно подвыпилил весь род Юйвэнь. Правительство ему подчинилось, армия тоже. Так прекратила своё существование Северная Чжоу и началась яркая, но недолговечная империя Суй (581-618), а Ян Цзян вошёл в историю как очередной император Вэнь-ди (581-603).
(Портрет первого императора Суй)
И вот он-то крепко взялся сначала за свою новую империю, а потом и за соседние. В первые же годы он перенёс столицу из Чанъаня в построенный неподалёку Дасин, отдал приказ о ремонте Великой Стены, отбил атаки тюркютов под руководством сначала Амрака (581), преемника Татпар-кагана, а потом Бага-Ышбар-хана (581-587), причём второй даже вроде как временно признал себя вассалом Суй (584 год). Хотя Суй-тюркютские войны продолжались вплоть до 602-го года и стали одной из причин распада Тюркского каганата на Западный и Восточный.
Отчасти именно война с тюркютами могла повлиять на неудачи в походах Суй против Чэнь в 581-582-х годах. Но Вэнь-ди не намеревался сдаваться. В 586-м году он начал строительство Великого канала, который соединил Хуанхэ и другие речные системы на севере страны с реками Хуайхэ, Янцзы и с южными провинциями, да ещё вдобавок раскрыл заговор среди своих военных, а годом позже покорил маленькую Позднюю Лян (555-587). И уже в 588-м объявил Чэнь войну. И уж на этот раз её ничто не спасло. Сюань-ди из Чэнь умер ещё в 582-м году, а его наследник, Хоу-Чжу, он же Чэнь Шибао (583-589), оказался не в силах противостоять мощной северной империи. В 589-м году войска Суй взяли Цзянькан, а императора пленили и увезли в Дасин, где он относительно неплохо жил, пьянствовал и умер в 604-м году. Последнее сопротивление в Чэнь очень скоро было подавлено, и так страна, благодаря Вэнь-ди, впервые за несколько столетий объединилась под властью империи Суй. Именно в годы службы, а затем правления Вэнь-ди происходят события сегодняшних рассказов
«Гуляка и волшебник» и «Посол Чэньского двора»
Время действия: VI век н.э., ок. 570-589гг.
Место действия: Северная Чжоу, империя Суй.
Интересное из истории создания:
Новелла «Гуляка и волшебник» была написана уже знакомым по прежней заметке (тут: История нашего мира в художественной литературе 2. Часть 19. «Путь к Заоблачным Вратам»: «Чжан Лао» и «Белая Обезьяна») автором эпохи Тан Ли Фуянем (ок. 775-833). Кстати, я там ошибочно написала его личное имя как «Фуян», а звали его именно 李復言 – Lǐ Fùyán. «Ли» – одна из самых распространённых китайских фамилий, иероглиф означает буквально «Слива», а личное имя я бы перевела как «Продолженная речь», символичное имя для писателя. К слову, это было его придворное имя.
Оригинальное название сегодняшней его новеллы «Ду Цзычунь» (а точнее «杜子春傳» «Dù Zǐchūn Chuán», что можно перевести как «Повесть о Ду Цзычуне»), которую я в прошлый раз тоже ошибочно назвала почему-то романом (и дала не вполне точный перевод, понадеявшись на других, да, мне очень стыдно😔 Такие ошибки – цена за самостоятельное написание постов без помощи ИИ-шек. В следующий раз постараюсь быть внимательнее). На самом деле «Гуляка и волшебник» очень небольшое произведение, однако одно из самых известных в библиографии Ли Фуяня.
Для сборника его перевел Александр Александрович Тишков (1921-1982), советский литературовед и переводчик. Причем переводы рассказов из этого сборника он, похоже, сделал ещё в 1960-м году. К слову, им же был сделан перевод новеллы «Белая обезьяна», о которой я рассказывала в прошлый раз. Кстати, помимо художественных произведений, он писал собственные книги и статьи, в т.ч. о русской поэзии и даже по вопросам шахматной композиции.
Рассказ «Посол Чэньского двора» намного меньше, но не менее выразителен. Его предположительно написал Хоу Бо, и, похоже, первоначально этот рассказ с некоторыми другими входил в сборник «Записи, рождающие улыбку» (но это тоже не точно). Название как бы намекает на то, что это был сборник именно юмористических рассказов. О самом Хоу Бо почти ничего не известно, даже, точно ли это было его настоящее имя, и какие точно произведения и в какой конфигурации он после себя оставил. Его имя фигурирует в различных литературных сборниках эпохи Сун, но без каких-либо подробностей, и невозможно даже наверняка сказать, в какую эпоху он жил. Лично я полагаю, что «Хоу Бо» – это псевдоним, точно не знаю, какими иероглифами это записывали, но есть три интересных варианта – «𠯜伯», что переводится как «Смеющийся дядька», «厚伯» – «Толстый дядька» и «侯白» – «Разбойник», хотя это я считаю наименее вероятным, в те временам таким обычно не шутили.
Перевод делал академик РАН, советский и российский китаист, один из крупнейших специалистов по литературе Китая, стран Дальнего Востока и Центральной Азии Борис Львович Рифтин (1932-2012), долгая история жизни которого тоже полна интересных деталей. Например, в 1960-х он, окончив восточный факультет ЛГУ, попал на доп обучение в Пекинский университет, и у него даже был китайский псевдоним – Ли Фуцин (李福清), а в 1990-х годах он работал на Тайване. Работы этого человека известны и высоко оценены не только в России, но и за рубежом.
(Б.Л. Рифтин)
О чём и отрывки:
Первая история о том, как один молодой лентяй и разгильдяй, не умеющий обращаться с деньгами, привлёк внимание очень странного деда и получил огромный куш. Да настолько большой, что поначалу даже не понял, насколько, а потом сам же всё нелепо потерял. И всё это под соусом мистики и бэд-трипов.
«…В последние годы династии Северная Чжоу и в первые годы династии Суй жил некий Ду Цзычунь, молодой гуляка. О своем доме и имуществе он и не думал, жизнь вел праздную и разгульную, пристрастился к кутежам и быстро промотал свои богатства. Родственники отвернулись от Цзычуня, потому что он не хотел работать.
Однажды зимой в драной одежде и с пустым брюхом слонялся он по улицам Чанъани; день клонился к вечеру, а Цзычунь еще ничего не ел; идти было некуда. У западных ворот Восточного рынка, страдая от холода и голода, он остановился и, взглянув на небо, тяжело вздохнул.
К нему подошел старик с клюкой и спросил:
— Почему ты вздыхаешь?
Цзычунь высказал старику свои печали, кляня родственников за бессердечие, и на лице его отразились все волновавшие его чувства.
— Сколько тебе нужно денег, чтобы жить без нужды? — спросил старик.
— Мне было бы довольно тысяч тридцати — пятидесяти, — отвечал Цзычунь.
— Маловато, — заметил старик.
— Сто тысяч.
— Маловато.
— Миллион.
— Маловато.
— Три миллиона.
— Теперь, наверно, хватит, — сказал старик. Он вынул из рукава связку монет и передал ее Цзычуню. — Это тебе на сегодняшнюю ночь, а завтра в полдень я буду ждать тебя в подворье персов на Западном рынке. Смотри не опоздай!
На другой день Цзычунь пришел в назначенное время. Старик дал ему три миллиона и исчез, не назвав даже своего имени.
Став богатым, Цзычунь снова принялся за кутежи, полагая, что дни нищеты больше не вернутся. Он обзавелся добрыми конями, дорогими одеждами и вместе со своими сотрапезниками проводил время в веселых домах, пел и плясал, нисколько не заботясь о будущем.
Через два года деньги кончились. Богатые одежды и резвых коней пришлось продать и заменить их более скромными. Вскоре на смену последнему коню появился осел, а когда и его не стало, пришлось ходить пешком; Цзычунь стал беден, как прежде. И снова, не зная, что ему делать, он поплелся к воротам рынка, вздыхая и ропща на свою судьбу. Послышались шаги, появился старик и, взяв Цзычуня за руку, воскликнул:
— Что случилось? Ты снова гол и нищ! Скажи, сколько тебе нужно денег, и я помогу тебе.
Цзычунь, устыдившись, не отвечал; несмотря на все настояния старика, он лишь смущенно молчал.
— Завтра в полдень приходи на прежнее место, — сказал старик.
Преодолевая стыд, Цзычунь явился в назначенный час и получил десять миллионов. Еще до этого он решил изменить образ жизни и, занявшись каким-нибудь делом, превзойти знаменитых богачей древности. Но как только в его руках оказались деньги, он позабыл о своих благих намерениях и, как в былые времена, предался удовольствиям. Прошло года три, и он стал беднее, чем прежде. Однажды на старом месте он опять встретил старика. Не в силах побороть стыд, Цзычунь закрыл лицо и хотел удалиться. Но старик ухватил его за край одежды и сказал:
— Худо обернулись твои дела. — Затем дал тридцать миллионов и добавил: — Если это тебя не излечит, значит бедность твоя неизбежна.
Цзычунь подумал:
«Я вел беспутный образ жизни, часто бедствовал, но никто из родственников не помог мне. Совсем чужой человек трижды выручил меня из беды; как я смогу отблагодарить его?» И, обращаясь к старику, он сказал:
— Этих денег мне хватит, чтобы заняться достойным делом, обеспечить всем необходимым бедных родственников и выполнить, таким образом, свой долг. Я глубоко вам благодарен, и, как только мои дела наладятся, я сделаю все, что вы скажете.
— Этого я и хотел, — ответил старик. — Устраивай свои дела, сын мой! Мы встретимся в пятнадцатый день седьмого месяца будущего года под двумя можжевельниками, у храма Лао-цзы.
Так как большинство родичей Цзычуня жили к югу от реки Хуай, то он купил десять тысяч му плодородной земли в пригородах Янчжоу, возвел там большие дома, а поблизости от главных дорог построил более ста загородных домиков, где и поселил бедных родственников. Устроив брачные дела племянников и племянниц, он перевез на кладбище предков останки родственников, покоившиеся в других местах. Тем, кто помогал ему, он воздал должное, а также свел счеты с недругами. Закончив дела, он отправился к месту встречи со стариком, так как срок уже наступил.
Старец сидел в тени можжевельника. Вместе они поднялись на пик Юньтай, углубились в горы и, пройдя более сорока ли, увидели прекрасный храм, каких на земле не бывает. Сверкающие облака парили над пришельцами, взлетали ввысь испуганные журавли. В среднем зале стоял огромный котел более девяти чи в высоту, в котором варилось снадобье. С одной стороны котел охраняли зеленые драконы, а с другой — белые тигры; красные отблески огня играли на окнах и стенах. Вокруг котла собрались девять фей.
Приближался заход солнца, и старец, сняв свое простое платье, облачился в одежды жреца и желтую шапку. Затем он дал Цзычуню три белых шарика, велел проглотить их и запить кубком вина. Цзычунь повиновался, и старец, расстелив у западной стены тигровую шкуру, посадил его лицом к востоку.
— Сиди молча, — предостерег он Цзычуня, — даже если увидишь богов и дьяволов, посланцев ада, диких зверей или своих близких, изнемогающих под пытками, знай, что все это лишь видимость. Ты же не двигайся и не бойся, — никакого вреда тебе не будет. Хорошенько запомни мои слова…».
Второй повествует о феерическом фиаско посла империи Чэнь в ранней Суй, и я просто не могу не процитировать этот рассказ целиком:
«Чэньский двор отправил посла со свадебными дарами к суйскому правителю. Тот ничего не знал о красноречии посла и велел мудрому Хоу Бо встретить его в старой одежде, прикинувшись человеком низкого звания. Посол принял Хоу Бо за бедняка и отнесся к нему крайне неуважительно: говорил с ним лежа, повернувшись спиной и испуская дурной дух. Хоу Бо вознегодовал в душе. Посол спросил:
— А что, дороги ли у вас кони?
Хоу Бо, желая ему отомстить, ответил:
— Кони бывают разные, и цены на них не одинаковы. К примеру, резвый, статный скакун с сильными ногами может стоить тридцать связок монет, а то и больше. Если конь на вид неказист, но годится для верховой езды, за него дают связок двадцать. Ежели тяжел, тучен, неуклюж, но годен возить поклажу, стоит четыре-пять связок. А уж если хвост дугой, копыта корявые и резвости никакой — лежит себе на боку да еще скверный дух испускает, — за такого и медной монеты не дадут.
Посол изумился до чрезвычайности и спросил у оборванца, как его зовут. Узнав, что перед ним сам Хоу Бо, он устыдился и попросил прощения».
Что я обо всём этом думаю, и почему стоит прочитать:
Рассказ про посла просто ржачный, да ещё, если его автор реально Хоу Бо, из разряда «Сам себя не похвалишь, никто не похвалит». Тут и добавить нечего, кроме того, что тема посольств и дипломатии не самая частая в рассказах в принципе, а в юмористических – тем более.
А вот рассказ «Гуляка и волшебник» меня реально впечатлил. Я давно его читала, и ещё тогда подумала, что вот оно – то, что надо для моей подборки. Потому что это настолько густая смесь абсурда, тревожных непоняток, мистики и до боли узнаваемых даже в наше время жизненных реалий, что прям бррр. Читаешь и ждёшь, где же там подвох, каким злобным колдуном, жрущим сердца глупеньких бывших мажорчиков, окажется этот дед?
И, разумеется, история пошла самым непредсказуемым образом. То есть кое-где видишь знакомые тропы, можешь примерно прикинуть, что там будет дальше, но это «Ой!» становится всё равно вот-это-поворотом и неожиданностью не только для героев, но и для читателя. А финал этой истории напомнил мне почему-то конец японской сказки про рыбака Урашиму, которая в детстве стремала меня до усрачки. Кому-то психотравму нанесла погребальная маска Го Сяна от телекомпании «ВИД», а мне – вот эта сказка.
В общем, на самом деле очень атмосферный рассказ, и с остальным сборником я всё ещё всем настоятельно рекомендую ознакомиться. И, к слову, следующая заметка будет про Японию, а следующая за ней – уже про конец империи Суй и начало империи Тан, и после этого я смогу полноценно перейти к рассказу о VII веке н.э.
Если пост понравился, обязательно ставьте лайк, жмите на "жду новый пост", подписывайтесь, если ещё не подписались, а если подписались, то обязательно нажмите на колокольчик на моей странице (иначе алгоритмы могут не показать вам мои новые посты), и при желании пишите комментарии. Или можно подкинуть денежку. Это можно сделать в разделе "донаты".
Список прошлых постов искать тут:
