На работе меня больше не смотрели с высока, были очень хорошие отзывы от старших бортпроводников, да и я уже не был тем незнайкой которым пришел. Естественно в первую очередь на работу бортпроводника идут из за путешествий, и они там и в правду есть.
Из Санкт-Петербурга я летел в Москву, и уже от туда я катался по всей России, 70% рейсом были разворотными - туда и обратно. Базировка была в Москве, то есть после рейса мы ехали в гостиницу, отдыхали и спали. Иногда в Москве было свободное время, в которое можно было погулять по столице. Почти все 5 дней, мы проживали в гостишке "САЛЮТ" , иногда жили по одному, иногда с коллегой по экипажу. Не буду врать что условия размещения шикарные. Пропитание мы добывали себе сами, к сожалению в основном это были дошираки,бутерброды, утром быстрорастворимая каша, и если повезет невостребованная еда с рейса. 30% - были рейсы с остановкой. Например в Тюмени или Сочи. Это было уже намного интереснее. Больше всего мне запомнилась командировка по землям ЮГРы. Это очень интересный опыт, потому что кто-бы что не говорил, целенаправленно ты туда не поедешь. А так, была классная возможность расширить свой кругозор.
За одну командировку я побывал в Сургуте, Ханты-Мансийске и главной жемчужине КОГАЛЫМЕ. Аэропорт представляет из себя небольшое здание, но при этом очень уютное и ламповое. Все таки самолеты не так часто ходят от туда ( пример можно увидеть в фото). Сам городок больше для вахтовиков, но тем не менее проживающие на постоянной основе тоже есть. Как сказали нам сами пассажиры, в городе есть только две главные достопримечательности "Океанариум" и Церковь. Поэтому после того как мы разложили вещи в месте поселения, сразу же отправились на экскурсию. В Церковь идти желающих было не много, поэтому выбор пал на Океанариум. И что я хочу сказать? По моему не скромному времени, он ничем не уступает Океанариуму в Санкт-Петербурге. Большое количество рыб, и малое количество людей, идеальное место что бы все хорошенько осмотреть и пофоткаться) Сама работница океанариума грустно сказала, что его построили что бы развлекать высокопоставленных людей, которые приезжают смотреть готовность объектов. Местным он уже приелся. Ну и, больше сказать нечего. Разве что-только у место поселения была шашлычка, а вечером перед рейсом мы с экипажем щелкали семечки. Думаю завтра, в следующей части напишу вам про харчи с самолета или то как кормят экипаж)
Тут рассказала, как мы готовились к первому самостоятельному походу на Алтае, поэтому на общих подробностях останавливаться не буду.
7 июня 2024 года наша команда, состоявшая из двух девушек и белой швейцарской овчарки, выдвинулась на маршрут. Мы встали рано утром и съехали из кемпинга в Акташе, где жили в палатке уже несколько недель. Плотно позавтракали, доехали до села Чибит. Оставили машину недалеко от кемпинга «Чибитская поляна» и двинулись в путь. Стартовали в 10:15.
Река Чуя
Сначала нам нужно было дойти от машины до начала маршрута 3,8 км. Тело с первых же минут начало протестовать из-за тяжелого и неудобного почти 15-килограммового рюкзака — это примерно 28-30% от моего веса. Дорога сразу пошла в гору, что совершенно не облегчало задачу. Мы прошли минут 15 и думали: как вообще преодолеть эти десятки километров маршрута?! Казалось, что это нереально — вот такие были ощущения.
Несмотря на трудности, мы были полны решимости двигаться дальше. Мимо нас проезжали внедорожники — по этой дороге возят туристов на Мажойские каскады. Успели поймать на себе много любопытных взглядов. Наша компания привлекала внимание — две хрупкие девушки с набитыми под завязку рюкзаками и большая белая собака, которая тоже несла свой рюкзак.
Вскоре дошли до Оройского моста через реку Чуя. Именно с него начинается маршрут на Шавлинские озёра. В сезон проход по мосту платный — берут 150 рублей с человека за переход в одну сторону (на обратном пути еще столько же). Отличный бизнес, если учесть, сколько групп там проходит за лето)) Но мы начали свой маршрут чуть раньше открытия сезона, поэтому для нас проход был бесплатный — сборщики податей попросту отсутствовали на месте).
Оройский мост, начало маршрута
Когда мы перешли по мосту на другой берег реки и сделали первые шаги по маршруту, у меня почему-то возникло ощущение, что за моей спиной закрылись ворота. И они не откроются, пока я не проделаю весь этот путь. Будто весь остальной мир остался там, снаружи, а мы оказались здесь — совершенно одни. Было в этом ощущении что-то пугающее, но одновременно с этим — волнующее. Пишу сейчас это, и до сих пор эмоции и воспоминания отдаются лёгкой дрожью по всему телу.
Набор воды на маршруте
Впереди нас ждал самый сложный участок пути — подъем на некатегорийный Оройский перевал. Нам предстояло набрать где-то 900 метров высоты.
Тропа шла вверх через смешанный лес вдоль реки Орой. Открытые участки сменялись лесистыми зонами. Сама тропа хорошо намечена, периодически встречаются стоянки, есть указатели с картами на деревьях.
Вот такие указатели встречаются на стоянках. Когда видишь их — чувствуешь облегчение: всё верно, я на тропе. Хоть навигатор и ведёт по треку, всё равно приятно получать подтверждения) Это фото из второго дня пути — просто показываю пример таких табличек.
Идти было тяжело, мы часто останавливались. Приваливались рюкзаками на камни или поваленные деревья, чтобы дать плечам хоть немного отдохнуть. Встретили на тропе двух туристов, которые шли в обратную сторону.
С погодой в тот день нам повезло — был теплый солнечный день. На подъёме было очень жарко, пот лился ручьём. Хорошо, что с водой на тропе не было никаких проблем — мы всегда шли рядом с рекой, была возможность набирать ледяную и такую вкусную воду.
На перевале есть небольшая хижина алтайцев — там туристы могут купить какие-то необходимые продукты, свежие лепешки, молоко, козий сыр, кумыс. Но 7 июня хижина пустовала — алтайцы ждали начала сезона, чтобы запустить торговлю.
Хижина алтайцев
По изначальному плану мы должны были встать на стоянку сразу после перевала, но нам не понравились места – слишком близко к лесу. Поэтому мы пошли дальше и вышли на плато Ештыкол.
Участок между спуском с перевала и выходом на плато Ештыкол
Это очень красивое место — бескрайние просторы, заросли карликовой берёзы и альпийские луга в окружении снежников Северо-Чуйского хребта. Мы выбрали участок, который нам понравился, и остановились на ночёвку в 16:50. В первый день мы прошли 12 километров.
Вот такая невероятная красота нас окружала. Вокруг — ни души!
Стоянка наша была очень живописная, но при этом очень ветреная. Было непросто поставить палатку, а потом мы ещё долго сражались с ветром, чтобы накинуть плёнку от дождя. Ужин пришлось готовить прямо в палатке, потому что газ задувало ветром, а защитный экран мы тогда не додумались приобрести.
Осуществляется приготовление ужина)) Палатку шатает из стороны в сторону.
Мы поужинали макаронами с плавлеными сырками и помидорками черри. Попили чаю с сушками и конфетами. Словами не описать, как прекрасен вечерний чай с чем-то сладким в походе после трудного ходового дня! Кто испытывал это хоть раз — тот прекрасно понимает, о чём я))
Хоть усталость была очень сильная, я испытывала гордость за себя. Это ведь был мой первый поход — я понятия не имела, как повёдет себя моё тело, которому придётся преодолевать километры в гору с большим весом. Но оно не подвело и показало себя намного лучше, чем я от него ожидала.
Наша главная походница тоже выдохлась))
Где-то после 19 часов мы уже залезли в спальники. На улице ещё вовсю светило солнце — так, что в палатке даже было жарко. Но не надолго — нас ждала наша первая ночь в одиночестве посреди дикой-дикой природы. Очень ветреная, дождливая и холодная ночь...
Небольшая серия постов о моем приключении по сказочной республике начнется сегодня с посещения Иволгинского дацана.
Один из храмов на территории
Попал в данное приключение я не случайно, а по приглашению товарища Юры Стелса, с которым вы можете быть знакомы после моей сап-экспедиции до Байкала, а возможно бывали на его маршрутах в Бурятии или за ее пределами. Люди шутят, что мы с ним являемся олицетворением некой матрицы, сами посудите – оба Юры, оба бородатые, оба работаем в сфере туризма, оба обожаем приключения, оба любим свою малую Родину. Юра – Бурятию, Я – Забайкалье. Хотя, если поковыряться в исторических терминах, все это Забайкалье, но вот интересный факт – сердце Юры регулярно тянет его в современное, административно, Забайкалье.
Внимание к деталям
Итак, морозное утро января и мы встречаемся с «братом-близнецом» в Иволгинском дацане, где начинается наш тур на несколько дней по невероятной Бурятской земле.
В одном из храмов
Иволгинский знают многие и возникает вопрос: «А чем он отличается от всех остальных Дацанов?». Рассказываю. Иволгинский дацан, правильное название «Хамбын Хурээ» — это целое посольство глав буддийских лам России и Бурятии. Это не просто дацан, а целый монастырский комплекс включающий несколько храмов, ступ, жилых и учебных корпусов Университета буддизма. Главным магнитом, простите за формулировку, является нетленное тело двенадцатого Хамбо-ламы Даши-Доржо Итигэлова, ушедшего в нирвану в 1927 году и сохранившегося без признаков разложения по сегодняшний день. Простым языком, в стенах Иволгинского дацана сохранена мумия человека вокруг которой ходит множество споров, но мы с вами скатываться к ним не станем.
Самый крупный комплекс
Пройти священный круг, посетить астролога, пообщаться с ламой, сделать подношение, наполниться энергией и подумать – все это про Ивлогинский дацан. Отдельное наслаждение, это элементы архитектуры. Попытался фотографировать там, где это делать можно. Получить разрешение на съемку Итигэлова не удалось, увы.
Вновь внимание к деталям
Иволгинский, не первый дацан на нашем с вами пути в рамках Приключений туриста в Бурятии, от того и будет более познавательно. А если именно Вам хочется познакомиться с Бурятией ближе, то я рекомендую принять участие в туре по аналогичному маршруту с Юрой Стелсом с 21 по 24 февраля. Контактный номер Юры – 8-914-989-41-71
Старый храм
Но и как некий путеводитель, серия постов, подойдет отлично.
Общение с ламой о вечном
А пока, любуемся фотографиями, если они этого самого любования достойны. Решать исключительно вам.
Спалось немного холоднее, чем прошлой ночью, но я выспался.
Позавтракали в уютной атмосфере.
Приметил на стене табличку:
Ama la vida.
Amate a ti mismo.
Ama a tu familia.
(«Люби жизнь.
Люби себя.
Люби семью»).
За время нашего знакомства я не раз видел, как это работает. Как Хано, крепкий и суровый на вид мужик, осторожно снимает с себя паука. Как Даниэль заботится о каждом обитателе дома. Как их родители трепетно хранят любовь на протяжении десятилетий. Любить жизнь — значит уважать её во всех проявлениях, от насекомого до человека. Любить семью — заботиться, не забывая при этом о себе, потому что без здорового уважения к себе настоящая любовь к другим невозможна.
В этот день было решено отдохнуть на берегу моря. Стоит жара, надо искупаться.
Забились в микроавтобус и поехали. Кругом — здоровенные кактусы.
Не прошло и получаса, как показалась коса с пляжем. Парковка до горизонта...
Высадившись, Даниэль тут же заскочил на ближайшие скалы. А за ним и мы.
Лишь сполна удовлетворив детский азарт первооткрывателей, мы пошли искать себе место в пляжно-тентовом мире.
Точка отдыха организована как следует: стационарные здания, проточная вода. Закуски из морепродуктов выглядят сказочно: креветки, кальмары, крабы…
Мне достались кусочки рыбы с лимонным соком и пряностями. Вкуснятина!
Разузнав, что мы здесь надолго, я решил поискать более уединённое местечко.
Такое обилие отдыхающих способно отпугнуть не только животных…
По камням дошёл до места, где заканчивается коса. Тихо. Хорошо.
Но лучше надолго не уходить.
Так что вернулся к друзьям. Если бы не они, я бы не смог остаться посреди этого пляжа и на десять минут. Совершенно не переношу такой вид отдыха. Это ж пытка!
Чего я не ожидал, так это получить здесь интересный опыт. В какой-то момент люди вокруг начали аплодировать. К ним машинально присоединился и отец Хано, затем я — но с нескрываемым вопросом «Зачем?». Мне объяснили. Оказалось, если спасатели находят потерявшегося ребёнка, они свистят в свисток, чтобы дать знать. В шуме пляжа свисток трудно услышать, поэтому люди начинают аплодировать — и потерявшая малыша семья может сориентироваться по хлопкам. Такая вот адаптация к пляжным джунглям.
Крабы здесь пусть и не камчатские, но тоже здоровенные. С черными клешнями.
Ещё одним открытием стала кулинария: попробовал каких-то морских губок. Не могу сказать, что хотел бы добавки.
День, тем временем, незаметно подошёл к концу, и мы отправились обратно домой.
Здесь перед нами встала новая задача: нужно мясо для асадо, но на дворе воскресенье, а на часах 22:00… Вышли пешком, чтобы прогуляться и поискать. Встретили протестные надписи на стенах против вышек 5G… И тут люди боятся, что их сознание захватит Билл Гейтс? Что ж.
Прошли несколько километров по ночному городку, вышли на окраину и в каком-то сомнительном магазинчике в баррио отыскали чьё-то мясо. Годится.
Оставшийся вечер занимались его готовкой и беседами о музыке. Парни давали послушать свои любимые композиции, а я знакомил их с русским роком, который они нашли очень интересным. Прошлись и по «Арии» (они узнали знакомую песню «Беспечный ангел»), и по «Чёрному Обелиску». Через мощные колонки вышел почти концерт.
Этот вечер сделал нас ещё ближе.
День 95. 1+1
Последний день в кругу семьи Мендес. Завтра я уеду, и этот круг временно разомкнётся. Но он не исчезнет.
Когда я пишу «в кругу семьи» — это не просто красивые слова. В этот круг входят все: Хано, Дани, их родители, друзья-музыканты, кошки, собаки, кролик-маньяк и я — случайный путник с рюкзаком. Homo sapiens тем и отличается, что может создавать родство не по крови, а по духу. Именно воображение наша сила и наше отличие от более сильных и более ловких животных. И вот парадокс: мы без труда верим в ценность бумажных денег — выдуманных символов, — но часто скептически относимся к ценности выдуманного, ментального родства. Семья Мендес для меня — очередное живое доказательство, что такое родство реальнее многих «реальностей».
Мои размышления прервал новый план: снова едем на пляж! Но теперь дикий.
В этот раз всё побережье было буквально усыпано жизнью, и я не про бесчисленные слои отдыхающих, а про представителей морской флоры и фауны. Это и огромные губки в камнях, и моллюски, рачки и крабы. Довелось даже найти небольшого кальмара! Всему этому биоразнообразию и чистоте местных вод Чили обязан всё тому же течению Гумбольдта, холодный поток которого несёт свои воды от самой Антарктиды, омывая западное побережье.
1/2
Нагулявшись вдоволь, мы сели наслаждаться закатом.
Погрузившись в свои мысли в отдалении от прибоя, я вдруг заметил, что Хано и Дани с детским азартом возятся у воды, ползают на коленях. Подхожу поближе и понимаю, в чём дело: начертили на песке рокерскую «козу». Довольные.
Они ещё не закончили, но я делаю кадр. Мгновением позже на пляж наступает большая волна и не оставляет ни следа от их бурной деятельности. Остаётся лишь мой снимок момента. Воспоминание.
Наша память работает точно так же. Время уйдёт, всё изменится, но я всегда буду помнить эти тёплые беседы с близкими по духу людьми. С теми, кто не считает мои размышления чем-то инаковым, радикальным. С теми, с кем я чувствую себя «своим». С кем я 1+1.
Завтра я отправлюсь туда, где меня пока ещё никто не ждёт. Дальше на север.
Чтобы оставаться в курсе событий, можете подписаться на телеграм. Там выходят анонсы. Карта с маршрутом и мои книги: got1try.ru.
Искали с девушкой красивое фотогеничное место недалеко от Москвы, и выбрали для этого арт-усадьбу Веретьево. Здесь сразу чувствуется, что ты не в обычном отеле, а в месте с характером. Вокруг лес, снег, тишина и ощущение спокойствия и безмятежности. Для фотосессии место просто находка, потому что красиво вообще везде, даже без подготовки.
Арт-объекты там разбросаны по всей территории, и это не совсем классические скульптуры, а скорее странные и немного сказочные конструкции. Где-то это советские сказочные фигуры, где-то деревянные башни, мостики, домики на воде, необычные смотровые площадки, объекты из металла и дерева, которые выглядят особенно графично зимой. Ты идёшь по тропинке и постоянно натыкаешься на что-то неожиданное, хочется остановиться и рассмотреть. На фотографиях они смотрятся очень атмосферно, особенно на фоне снега и серого неба. В итоге мы просто много гуляли, катались на санках, бродили по лесу и делали кадры на ходу.
Даже если ехать не ради фотографий, то там полно разных зимних развлечений - люди катаются на коньках, лыжах, ватрушках. Можно взять горячий чай и выйти посидеть к пруду, это тоже часть удовольствия. Вечером возвращаешься в домик, там тепло и уютно, за окном снег и огоньки. В целом зима в Веретьево ощущается как отдых в сказочном лесу, где на тебя из под снега поглядывают Чебурашка, пионеры и другие необычные личности.
Планирую быть проездом 29.01.26 в вашем городе, подскажите, какие достопримечательности по вашему стоит глянуть, по вашему мнению? Есть ли относительно доступный по цене ресторан с хорошим видом на город?
Ермаково на Енисее: от «станка» до заброшенного поселка с паровозами
Почему на берегу Енисея остались ржавые паровозы и развалины железнодорожной станции? Что это за место и откуда там взялась «мертвая дорога»?
Ермаково — загадочное место в северной части Красноярского края, на излучине реки Енисей. Сегодня это заброшенный посёлок и памятник одной из самых масштабных, но так и не завершённых стройек XX века — Трансполярной магистрали. Именно здесь можно встретить забытые паровозы, старые рельсы и остатки железнодорожной станции, о которых ходят легенды и туристические рассказы.
Что такое «мертвая дорога» и зачем она строилась
В конце 1940-х годов Советское правительство приняло решение построить железную дорогу от Салехарда до Игарки — Трансполярную магистраль, её также обозначали как Стройка № 503. Это должно было стать стратегическим железнодорожным коридором, который связывал бы Европейскую часть СССР с арктическим побережьем через глубокие северные территории.
Строительство началось очень активно. Дорога должна была тянуться почти 1200 километров через вечную мерзлоту, болота и тундру. По трассе планировалось построить 28 станций и более 100 разъездов. Участки по берегам Енисея и Обь были связаны паромной железнодорожной переправой.
Почему Ермаково стало важным
Расположение и роль
Ермаково не было обычной деревней — оно выросло именно в связи с железной дорогой. Изначально здесь стояли несколько домиков, а в конце 1940-х поселок превратился в крупный центр строительства. К 1950-му году именно отсюда управлялось строительство дороги № 503.
Согласно воспоминаниям участников тех лет, к началу 1950-х поселок вырос в крупный северный город:
здесь были дом культуры, школа, больница, детские сады, магазины,
даже собственный аэродром и пассажирская пристань на Енисее. Население насчитывало 15 000 жителей, что по меркам крайнего Севера было огромным числом.
Откуда взялись паровозы и депо
При строительстве железной дороги в Ермаково было создано депо с локомотивами, где паровозы обслуживали движение стройматериалов, рабочие поезда и грузовые составы на линии. Они были жизненно необходимы, поскольку трассу строили там, где обычный транспорт был практически невозможен.
Когда же проект Северной магистрали заморозили после смерти Сталина в 1953 году, стройка остановилась так же внезапно, как и началась: ❌ Многие участки дороги так и не были достроены ❌ оборудование вывезено, рельсы сняты, а часть техники оставлена в тайге и лесостепи ❌ депо и железнодорожный «станок» превратились в руины
Именно поэтому на месте бывшего поселка сегодня можно увидеть остатки рельсов, паровозы, осыпавшиеся насыпи и железные конструкции, которые словно подсказывают о том, что здесь когда-то кипела работа.
История и трагедия
Стройка № 503 вошла в историю не только как инженерный гигантский проект, но и как одно из траурных напоминаний о ГУЛАГе. 🔹 Большую часть работ выполняли заключённые лагерей системы ГУЛаг, которых размещали в специальных лагерях каждые 5–10 км вдоль будущей линии. 🔹 Люди жили в жестоких условиях вечной мерзлоты, часто без надёжного жилья — многие погибли, и места их захоронения до сих пор не найдены.
На станции Ермаково паровозы и рельсы служат большинству посетителей не просто как технические артефакты, а как символы той огромной, но забытой страницы истории. Их называют немыми свидетелями тяжелого труда, человеческих судеб и трагической эпохи.
Что осталось сейчас
Сегодня Ермаково — это место, куда приезжают исследователи, туристы и любители заброшек. 🔹 От станции остались развалины зданий. 🔹 На некоторых участках можно увидеть старые паровозы, брошенные в лесу. 🔹 Следующая часть трассы, ведущая к другим заброшенным лагерям, покрыта лесом и болотами, и со временем исчезает под растительностью.
Некоторые экспедиции и туристические маршруты ведут к этим объектам, а материалы об истории стройки собраны в Музее Вечной Мёрзлоты в Игарке, где представлены документы, фото и предметы того времени.
Итог: почему Ермаково важно
Ермаково на Енисее — это не просто заброшенная железнодорожная станция с паровозами. Это — место пересечения истории инженерии, человеческих судеб и трагедий XX века. Остатки рельсов, забытые локомотивы и заросшие насыпи напоминают нам о том, как одна из самых амбициозных железнодорожных строек в истории СССР стала невозможной, но до сих пор не забыта.
