В 2019 году случилось то, что люди называют божественным вмешательством. Атомная прачечная прополоскала рот и показала, что мир куда сложнее и на пути любителя пива ещё много точек роста. К слову, стауты к тому времени уже приелись, поэтому в меню были сплошь апы.

Обычным пятничным вечером, получив бонусный бокал в баре, я за пять глотков прошёл все стадии принятия: «Я это пить не буду – Фу какая горечь – Ну может под закуску – На халяву же – Что за приятная сладость и оттенки вкуса?» Это было, как первая любовь – и хочется, и горько, и весьма скоротечно.

В тот же год Атомная прачечная стала эталоном (не путать с этанолом), а весь ковидный период она уверенно держала меня под руку и делала суровые времена краше. Для большинства людей опора это семья, ипотека, хобби или спортзал, где добровольно едят невзгоды с лопаты и платят за страдания. Мой же маяк в буре событий последней пятилетки был скромнее, но оттого не менее яркий. Весь из тёмного стекла и с гипнотизирующим узнаваемым круговоротом на холсте.

Нюанс в том, что эталон это не про вкус, а про желание иметь в жизни что-то постоянное, начало координат, если угодно. Даже когда меняется мир вокруг, люди и ты сам, всё равно есть доминанта, позволяющая тебе заземлиться. Вечерами тебя не терзают муки выбора, свой ты уже сделал и лишь жонглируешь смыслами. Это будет сегодня приятный собеседник или игривая чаровница, или верный друг и товарищ, помогающий в поисках ответов.

Собственно, в новогодние каникулы в этих ваших наших интранетах я и решил почитать отзывы и уверится в своей правоте за эти годы.

Около недели бродил по форумам, тематическим группам и популярным ресурсам, естественно, скрашивая своё путешествие пивом. В целом отмечался положительный тренд на моего фаворита. Цель была найти человеческого тепла и громко кричащего согласия с моим мнением. Но то тут, то там всплывало, что это не торт, что раньше было лучше или что горечь ипаная, и это оставляло уже неприятное «послевкусие» в сознании. Понятно, что интернет не большой костёр, у которого можно погреться. Скорее это место, куда каждый приносит своё мнение, чтобы поджечь чужую жопу.

И вот, в рождественскую ночь, спустя каких-то два бокала упорно и упорото, я доказывал неизвестному, как сильно он не прав, и истово отгружал в его головной убор свои весомые доказательства. Силы мои закончились после четвёртого бокала и утром стало ясно, что помимо похмелья во мне, аки прыщ, зреет сомнение.

Хотелось придумать такое железобетонное доказательство, фактически броню, что мой эталон вкуса самый лучший, а остальные лишь завидуют. Но чем сильнее я пытался, тем меньше ощущал твёрдую почву под ногами. Словно на пляже шлёпал ножкой по песку и увязал в образовавшейся кашице.

С одной стороны, в интернете полно тех, кто не прав. С другой – условный beerdeer2000 наваливал так, будто там, где все учатся варить пиво, он преподаёт. Но главный враг затаился внутре, ведь ещё каких-то десять лет назад я и сам воротил нос и плевался.

Очевидно, что, выбрав наиболее приятного собеседника, в зеркале я увидел отнюдь не технолога или пивного сомелье, а самого обычного любителя пенного, вечером у которого не стоит вопрос: «Пить или не пить?», а скорее: «Брать две или три?». Глаз зацепился за три буквы и возможность разложить горечь в цифрах. За IBU надо пояснить и всех делов!

Когда-то началось всё с горечи, что ж, пусть горечь и станет ответом. Обратно полез в интернет, чтобы разобраться в трёх буквах и не заблудиться. Желание-то понятное, чтобы в разговоре с тем же барменом точно сформулировать желаемое или, бросив взгляд на банку и проверив пару мест, определить сегодняшних «собеседников» на вечер.

Урок химии получить, конечно, не хотелось, но тем не менее пришлось погрузиться в школьную программу. Схема классическая – игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц… в шоке! Так и тут, хмель на полях, у хмеля шишки, обязательно женские, внутре лупулиновые желёзки, в них альфа-кислоты, а в кислотах горечь. Но чтобы получить заветную горчинку, альфа-кислоты нужно изомеризировать посредством кипячения сусла. Так получаются те самые молекулы горечи, которые могут поймать рецепторы на языке и дать сигнал в мозг «Горько!». Внимательный читатель скажет, что я обещал пояснить за три буквы, а не рассказывать про то, как в мозгу кто-то бьётся в дёсны, и будет прав.

Чтобы померить IBU, нужен простой советский пиво подкисляют, тем самым облегчая молекулам горечи «переезд» в органический растворитель, затем добавляют изооктан (страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое) и получают отдельный слой горького бульона. Затем заряжают УФ-спектрометр и ш-ш-шмаляют ультрафиолетом на 275 нм, одному Бахусу известно почему, далее внимательно фиксируют сколько света поглощает раствор. Полученное число умножают на коэффициент 50 и получают значение IBU (см. методику ASBC Beer-23)

Мир мне стал абсолютно понятен, я возвысился над подавляющим большинством, ибо я не бухаю, я почти сомелье. С этим багажом знаний устремился в излюбленный паб донимать бармена. Он мне доводы, я ему факты, он спрашивает: «Что лить?», а я всё про IBU.

Хорошо, что человек был воспитанным, грамотным и терпеливым, потому я ушёл из бара не с лицом побитой собаки, а только лишь с посылом копнуть дальше, хотя бы на глубину детского совочка.

Ведь когда я шёл в паб, было ощущение, что теперь у меня есть чит-код. Смотрю на банку, вижу IBU под сотку, как у Атомной, а значит будет примерно так же вкусно.

Просто, и потому красиво. Наличие одной цифры обещает порядок. Вечером побольше IBU в пиве, утром побольше ибупрофена – всё под контролем.

Но уже в самом баре всё было не так. Пять бокалов, и каждый ощущался вообще по-разному. Одно колет, другое скребёт, третье сухое, четвёртое мягче, а пятое слаще, но цифра-то одна… Бармен тогда заметил моё замешательство, пригладил бороду, улыбнулся и пояснил доходчиво, что горечь во рту живёт своей жизнью, и что на ощущение влияет много факторов. Например, сахар глушит горечь и мягко стелет. Газ делает её острее. Алкоголь добавляет жар, и от этого ты больше путаешься. Ещё он говорил про какие-то «полифенолы», но я потерял нить тут же после слов «ароматическое кольцо».

Очередное неприятное утро настигло меня вместе с пониманием, что простая линейка, которую я искал, оказалась логарифмической. Цифры я понял, а вот пиво нет… Увы, но парусник надежд мой медленно тонул в море информации.

Спасение утопающих, дело рук самих утопающих. Я это понял в тот момент, когда стоял в магазине возле холодильника с кучей разноцветных банок, как школьник у борделя, не решаясь взять конкретную. Яркой картинки и одной цифры было уже мало.

Моя вера атеиста третьего дня хоть и пошатнулась, но не была утрачена. С тремором в руках, робко, но неотвратимо, я взял первую и осмотрел этикетку. Держал прицел на крепости в районе 6–8 %, так как помнил про влияние крепости на восприятие горечи. Яркие картинки пропускал, а в пивную суть вникал. Состав… Так-так… Срок годности… Ага! Свежий розлив! Хранить в прохладном, угу, понятно… Алкоголь 6,4 % – в допуске... Вот! IBU 70, сюда его! Следующая банка. Новый подход требовал терпения и внимания к деталям. Если раньше я просто хватал три снаряда Атомной на вечер, чтобы разнести в щепки грусть и повседневную хмурь, то теперь собирал небольшой пазл прямо у холодильника.

В конце концов, мои ожидания от пива – это только мои проблемы. Поэтому я решил не выходить из зоны комфорта, а раздвинуть её границы, попробовав иной подход. Но, чтобы совсем не уйти в авантюризм, на всякий случай прихватил пару проверенных экземпляров.

Волшебную пилюлю я не нашёл, но и пивной магазин не аптека.

В какой-то момент я поймал себя на странной мысли, что, регулярно прикладываясь к бутылке эталона, я перестал прикладывать к эталону всё остальное пиво. Перестал искать «правильность».

Вместо этого появилось давно забытое чувство. Как в детстве, когда нашёл на улице новую штуку, и ты не обязан понимать её устройство, чтобы начать с ней играть. Просто берёшь, крутишь, пробуешь, ошибаешься и радуешься, что мир вдруг стал на одну занятную штуку больше.

Глоток пива перестал быть тестом на компетентность. Теперь появилась игра. Тут горечь резкая – интересно, из-за чего. Тут мягче – любопытно, а если потеплее? Тут не зашло – ладно, запомним. Я больше не спорю и не доказываю ничего людям. Я пробую, сравниваю, замечаю и складываю свои маленькие открытия в карман, как когда-то стеклянные шарики.

Раньше я говорил резко и безапелляционно: «Фу, херня!». Теперь же толерантнее и шире: «Не моя тема». И в этом оказалось больше понимания, чем во всех спорах, цифрах и уверенных интонациях вместе взятых.

А дальше стало ясно, что если с хмелем всё так сложно и интересно, то с солодом нас ждёт отдельный разговор. И, чувствую, гораздо менее очевидный.

π